Google+
Журнал Плас Плас Журнал http://www.plusworld.ru/
ул. Кржижановского, д. 29, корп. 5 Москва, 117218 Россия
+7 495 961 1065 http://www.plusworld.ru/upload/templates/logo_plus_ru.png
RSS RSS RSS RSS

Карта «МегаФон»: «последний звонок» традиционным банкам. Мнение эксперта «ПЛАС»

Спонсор рубрики

15:02, 24 Августа 2016 Количество просмотров 4215 просмотров

Вчерашний запуск телеком-оператором «МегаФон» собственной платежной карты, в которой баланс лицевого счета абонента объединен со счетом банковской карты, уже вызвал ажиотаж отрасли. О том, какое значение может иметь для банков запуск таких продуктов операторами, мы побеседовали с внешним экспертом «ПЛАС» – Зауром Бесоловым, заместителем председателя правления РФИ Банка.

Заур Бесолов.jpg

ПЛАС: Заур, какое значение для рынка, на ваш взгляд, имеет запуск "МегаФоном" своей "объединенной" с балансом абонента карты?

З. Бесолов: Я полагаю, что это последний звонок для банков. Мобильные операторы (пока что в лице «МегаФона») наконец-то скинули маски. Долгое время они делали вид, что их продукты и сервисы – это просто транспорт для банковских транзакций, но со вчерашнего дня стало ясно, что они – прямой конкурент банкам. Они уже играют на том же поле, что и традиционные банки. И для банков, которые в нынешних условиях не диджитализирут свою бизнес-модель, не предлагают дополнительных value для клиента, кроме традиционного банкинга, начался «обратный отсчет». Я не преувеличиваю: их дни сочтены в буквальном смысле этого слова – потому что выход операторов на рынок банковских карт (и вообще сервисов) ретроградные, традиционные банки попросту «добьет». Потому что вчерашний запуск карты «МегаФона» - это, безусловно, просто начало. Мы очень скоро увидим, как ту же самую модель с объединением счета и карты в той или иной форме (а может и в такой же) реализуют и другие игроки «Большой Четверки».

ПЛАС: Как вы полагаете, насколько велика сегодня рыночная сила телеком-операторов, чтобы эта история со счетом карты, равной лицевому абонентскому счету, стала успешной?

З. Бесолов: Она очень велика. И для реализации своего конкурентного преимущества перед традиционными банками у операторов сегодня есть все – и технологии, и ресурсы, и собственные банки, которые обеспечат им статус телеком-компании с банковской лицензией.

Я верю в успех проекта «МегаФона». Прежде всего потому, что здесь оператор использует не какие-то вновь изобретенные маркетинговые фишки, а опираются на чисто органические факторы, естественные потребности и существующие платежные привычки. Во-первых, телефон (мобильное устройство) прочно закрепился как бытовой элемент, сопровождающий человека 24 часа в сутки. Использование его баланса как источника средств для осуществления финансовых транзакций (например, переводов, онлайн-оплаты парковки и пр.) тоже уже стало естественным – с баланса мы много за что, и это уже сформированная привычка. Во-вторых, данная бизнес-модель вообще не привязана к типу мобильного устройства – лицевой счет, «ключом доступа» к которому становится карта оператора, есть и у владельца последней модели iPhone, и у обладателя старенькой кнопочной Nokia. Это очень демократизирует сервис. Таким то, что оператор развивает финансовый сервис на базе своей основной услуги – это естественная, органичная синергия – это «выстрелит».

ПЛАС: Как вы считаете, может быть это попытка серьезно поднять розничный бизнес банка «Раунд»? Или банк играет здесь, скажем так, техническую роль?

З. Бесолов: Это в чистом виде синергия. И необходимость такой синергии банков и операторов была очевидна для меня с 2014 года – именно тогда на «узкой дорожке» финансовой розницы сошлись интересы банков и телеком-игроков. В кейсе карты «МегаФон» никакого противоречия нет – есть симбиоз. Да, оператор поднимает розничный бизнес банка, но он является «родственным» оператору активом. Все это де-факто одна сущность. Хороший пример – японская компания DoCoMo, начинавшая как мобильный оператор, а затем получившая статус финансовой организации. На примере партнерства «Раунда» и «МегаФона» мы видим такое же становление в России нового типа компании – телеком-оператора с банковской лицензией. Конвергенция финансовых и телеком-услуг уже произошла де-факто в России, у всех операторов есть «свои» банки – проблем реализовать и масштабировать такую модель у операторов нет.

ПЛАС: Любопытно: у «Билайна» и «МТС» корпоративная «вовлеченность» Альфа-Банка и МТС-Банка в бизнес их финансовых групп и связь с операторским бизнесом как раз более ясна и понятна, чем в случае с «МегаФоном» и «Раундом». Как вы думаете, почему же у «МегаФона» получилось реализовать проект по прямому превращению баланса телефона в счет карты первым? Дело в каких-то технических моментах?

З. Бесолов: Я полагаю, что дело не в технике и не в технологиях. Дело в команде и в людях. В тот же банк «Раунд» относительно недавно пришла новая команда менеджеров, в их числе и признанный специалист, ранее работавший в российском представительстве Mastercard, Владимир Кругликов. Эта команда сумела реализовать амбиции инвесторов и акционеров, задачу, которые они поставили. Истории успеха – это всегда не истории технологий, а истории людей, которые могут изменить мир. Да, «Мегафон» какое-то время в плане синергии банкинга и телекома был в роли «догоняющего», но сейчас сумел реализовать действительно прорывную модель в этой области. Они сумели придумать уникальную «фишку», в чем они будут отличаться от других игроков.

ПЛАС: Как вы полагаете, а с какими банками или операторскими продуктами будет конкурировать карта «МегаФон»?

З. Бесолов: Я полагаю, что не стоит акцентировать на этом аспекте внимание. Мне кажется, что основная идея оператора заключалась все же в «конкуренции» с кем-либо из грандов финансовой розницы или с коллегами по «телеком-цеху», а исходила из «внутренних» соображений, из вопроса – «что можно дать своим абонентам нового, повышающего их лояльность и активность?».

ПЛАС: В чем вы видите в этом случае основную выгоду оператора, если сформулировать ее кратко?

З. Бесолов: Основная выгода «МегаФона» очевидна: это повышение оборотов и суммы остатков на абонентских лицевых счетах. Банк – это клиенты и остатки на их счетах. Чем их больше (а остатки безусловно вырастут), тем лучше. Ну а если клиенты на карты будут вносить и средства с накопительной целью, будучи привлеченными 8% годовых, это замечательно, но все же это вещь «дополнительная».

ПЛАС: Уже высказываются мнения о «небезопасности» таких продуктов. Мол, «вот оно, хакеры дождались и потирают руки». Это имеет под собой какие-то основания?

З. Бесолов: Нет. Во-первых, все это из разряда разговоров про «мы не хотим менять сберкнижки на карты, они небезопасны, с них могут украсть деньги». В любом отделении Сбербанка можно было застать в 200-х годах целые скандалы по этому поводу. Однако сберкнижки давно в прошлом, а к картам давно привыкли. Все повторяется. Любой новый-форм-фактор тут же объявляется «небезопасным» - это свойство массового сознания (увы, подогреваемое СМИ). Во-вторых, когда у вас или у знакомых вам людей в последний раз «хакеры» крали деньги «с баланса телефона»? И почему «вдруг» совмещение балансов должно как-то изменить существующую ситуацию с безопасностью, почему с таких карт «должны красть больше, чем сейчас»?

ПЛАС: Почему, по вашему мнению, «МегаФон» пошел по пути эмиссии именно физических карт как «интерфейса доступа» к лицевому и карточному счету? Ведь в моде NFC, кошельки, QR-коды…

З. Бесолов: Именно потому, что «МегаФон» сделал по-настоящему массовый продукт, для массовой аудитории. Именно потому, что как бы мы в своей «финтех-тусовке» ни ценили различного рода инновационные решения, и NFC, и QR-коды, и кошельки, основанные на этих технологиях соединения онлайна и офлайна, все это – давайте будем реалистами – решения для техно-гиков. Причем как в России, так и в мире. И когда они станут массовыми, далеко не так уж и понятно. Для массовой же аудитории абонентов «МегаФон» (а у них, если я не ошибаюсь, 72 млн абонентов по России), карта – наиболее очевидное, доступное решение, не требующее от них загрузки приложений, нового смартфона с NFC-чипом и пр.

К тому же и в области NFC не все так гладко, как кажется. Если совсем недавно мы с вами наблюдали волну эйфории по поводу стандарта HCE, который, казалось бы, и станет отраслевым (и волну запусков HCE-кошельков), то теперь ясно, что он стандартом не будет: на смену ему идет токенизация с решениями от международных платежных систем. В этих условиях, когда скорость появления новых технологий значительно опережает скорость осознания бизнесом сферы их применения и модели монетизации, привычная всем карта – это некий «постоянный» форм-фактор, который оптимален для развертывания массового финансового продукта в России.

По материалам PLUSworld.ru 


Как вам статья?
(Голосов: 6, Рейтинг: 5)

Комментарии (0):

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные Пользователи




Новости по теме

15:01, 23 Августа 2016 Количество просмотров 4193 просмотра
МегаФон выпустил банковскую карту, совмещенную со счетом телефона
При оплате картой товаров и услуг средства будут списываться с лицевого счета абонента. Это первый подобный проект оператора сотовой связи в России.
11:34, 10 Марта 2016 Количество просмотров 850 просмотров
«МегаФон» начал сотрудничество с платежной системой «Мир»
Теперь каждый держатель банковской карты «Мир» cможет оплачивать услуги связи со своего банковского счета при помощи услуги «Автоплатеж».
10:26, 22 Января 2016 Количество просмотров 1073 просмотра
Gemalto начала поставку NFC SIM-карт UpTeq "МегаФону" и "Билайну"
В рамках сотрудничества Gemalto поставляет мобильным операторам NFC SIM-карты на базе технологии UpTeq Multi-Tenant, которые подходят для использования в смартфонах, поддерживающих технологию NFC.


обновить

а вы знаете, что...

… каури были не только «туземным» средством расчета, но также в ходу в Средней Азии, Европе и даже Руси? На Руси в XII-XIV веках, в так называемый безмонетный период, каури были деньгами под названием ужовок, жерновков или змеиных головок. Их до сих пор находят при раскопках в Новгородских и Псковских землях в виде кладов и в погребениях. Только в XIX веке в Западную Африку ввезли не менее 75 млрд раковин каури общим весом 115 тысяч тонн?