Google+
Журнал Плас Плас Журнал http://www.plusworld.ru/
ул. Кржижановского, д. 29, корп. 5 Москва, 117218 Россия
+7 495 961 1065 http://www.plusworld.ru/upload/templates/logo_plus_ru.png
RSS RSS RSS RSS

Юрий Оприско: «Сбербанку СССР не хватило одного года…»

(Нет голосов)

18.12.2007 Количество просмотров 1345 просмотров


В начале 2008 года при информационной поддержке журнала «ПЛАС» увидит свет двухтомник «История банковских карт в России», выпускаемый в рамках литературной серии «Экономическая летопись России». Как мы и обещали в предыдущем номере «ПЛАС», наше издание начинает публиковать вошедшие в книгу избранные интервью тех людей, которые в свое время определили развитие индустрии банковских карт в России. В этот раз мы предлагаем вниманию наших читателей интервью Юрия Иосифовича Оприско, занимавшего в 1987–1990гг. пост зам. Председателя Правления Сберегательного Банка СССР – структуры, с именем которой неразрывно связаны первые шаги отечественного карточного бизнеса.


 

Юрий Иосифович Оприско

1959–1962 – работал в Институте кибернетики Академии наук Украины.

1962–1975 – руководитель Вычислительного центра Министерства судостроительной промышленности СССР, главный конструктор автоматизированных систем управления предприятиями судостроительной отрасли промышленности.

1975–1985 – генеральный директор НПО «Горсистемотехника», директор НИИ Автоматизированных систем управления городским хозяйством.

1987–1990 – заместитель Председателя Правления Сберегательного Банка СССР. В настоящее время заместитель генерального директора ОАО «Объединение «Мастер».

 

 


Идеи, опередившие время

В 1974–1977 годах в Советском Союзе в области информатизации было разработано несколько программ, которые должны были повысить качество управления экономическими процессами в стране. В нынешней терминологии эти программы можно было бы назвать национальными проектами, так как реализовываться они должны были на всей территории страны, и результаты должны были оказать существенное влияние на многие сферы жизни советских людей. Одним таким проектом было создание так называемой Единой системы регистрации населения, которая предназначалась для комплексной идентификации населения. Идея этой системы заключалась в том, чтобы уже при рождении человека ему присваивался персональный код, который бы содержал все основные данные о нем: пол, возраст, группу крови и т. д. В последующем, создав систему учета кодов и еще целого ряда параметров, характерных для каждого отдельно взятого человека, можно было бы создать систему эффективного контроля за миграцией людей, решив, таким образом, многие вопросы: от безопасности до учета производительных ресурсов. Также внедрение такой системы позволило бы оперативно получать жизненно важные данные, например, при необходимости оказания экстренной медицинской помощи человеку, когда нужно было в короткое время определить, можно ли ему давать те или иные лекарственные средства. В условиях планового хозяйства для такой системы было множество сфер применения. Например, с ее помощью можно было бы более эффективно распределять ресурсы, обеспечивающие жизнь людей, учитывая возрастную структуру, миграцию и т.п. Аналоги такой системы к тому времени уже существовали, причем как в капиталистических странах, так и у наших ближайших соседей по соцлагерю. Например, похожая система была внедрена под руководством моего учителя и наставника академика Виктора Михайловича Глушкова в Болгарии.

Еще одним проектом в информационной сфере должна была стать единая база данных коммуникаций и дорог в городах страны. Любой крупный населенный пункт за свою историю многократно перестраивался. При этом менялись коммуникационные системы и прокладывались новые. Единого центра сбора информации обо всех коммуникациях у нас не было, и со временем при возведении новых объектов строителей могли ожидать неприятные неожиданности – коммуникационные трассы, построенные много лет назад, но часто все еще функционирующие. Вот для того чтобы избежать таких неожиданностей, и предполагалось свести сведения в единую базу данных. Там же предполагалось вести учет всех изменений и ремонтных работ. Кроме того, в такую базу данных должны были попасть и дороги. К сожалению, вовремя это не было сделано, и сейчас то и дело приходится слышать, что гдето строители кабель порвут, оставив полгорода без электричества, то машины под землю проваливаются из-за того, что вовремя не был произведен ремонт и укрепление старых подземных коммуникаций. Кроме учета коммуникаций, велась работа по постановке системы учета жилого и нежилого фонда в крупных городах, в частности, в Москве, Ленинграде и Киеве. В Киеве этим занималось Украинское объединение Горсистемотехника, в Москве – НПО АСУ Москва, а в Ленинграде – Ленсистемотехника. Еще одной такой системой, которой тогда начали активно заниматься, стала система организации безналичных расчетов населения за товары и услуги. Это был закономерный шаг для того, чтобы сделать прозрачной финансовую систему, затруднить оборот теневой экономики. Такая система позволила бы решить множество насущных экономических и не только экономических вопросов. Значительно снизились бы затраты на обработку наличных денег, повысилось бы качество планирования снабжения населения разнообразной продукцией. Именно реализация этой программы исторически стала первым шагом к внедрению карточных технологий в нашей стране. Сейчас принято критиковать и плановую систему в целом, и то, как плановая экономика работала в Советском Союзе. Естественным недостатком плановой экономики является необходимость очень большого объема входной информации, чтобы процесс планирования отвечал реалиям жизни. Кроме того, плановая экономика предполагает более жесткие механизмы контроля над многими социально-экономическими процессами, а для такого контроля нужны эффективно действующие системы мониторинга. Перечисленные выше проекты в области информационных систем должны были как раз обеспечить прозрачность и оперативное управление для основных артерий экономической системы: финансов, коммуникаций, а также послужить источником данных, необходимых при планировании. В настоящее время во многих странах, причем с совсем даже не плановой экономикой, правильность идей, появившихся на закате Советского Союза, подтверждена практикой. Существуют и системы учета населения, есть единые базы по недвижимости, коммуникациям. Но наибольшего расцвета из всех идей, лежавших в основе тех проектов, пожалуй, достигла идея безналичных расчетов для частных лиц.

Первые карты Сбербанка СССР

В Советском Союзе во главе проектов в информационной области в большинстве своем стояли выходцы из оборонных отраслей. Тогда именно в этой сфере концентрировались лучшие умы страны. Я в начале своей профессиональной деятельности также работал в области «оборонки». После окончания университета во Львове в 1959 году я начал работать в Институте кибернетики у академика Виктора Михайловича Глушкова. После завершения одного из проектов для Министерства судостроительной промышленности меня отправили в город Николаев создавать научно-исследовательский институт, который должен был заниматься технологическими вопросами строительства судов. Тогда мне сказали, что еду я в Николаев года на 2–3. Прожил я там 14 лет. За это время был создан НИИ, в котором было подготовлено много очень важных работ, связанных с судостроением. Когда в СССР появились проекты по организации крупных информационных систем, Виктор Михайлович рекомендовал меня в Киев, где мы с нуля создавали научно-производственное объединение Горсистемотехника, начавшее заниматься проблемами управления городов.

В период моей работы в этом НПО появилась и идея организации системы безналичных платежей. И тогда вновь мой учитель Глушков порекомендовал меня на работу в Сберегательный банк СССР, который в тот момент только создавался, и который должен был заниматься этими вопросами. Моя кандидатура была также рекомендована Комитетом по науке и технике СССР, и 6 января 1987 года я приступил к работе в Сбербанке СССР. Мне было поручено создать в стране систему расчетов на основе банковских карт. В качестве технологической основы мы тогда ориентировались на карты с магнитной полосой, которые к тому времени уже широко эмитировались международными платежными системами. Да и вообще карточную систему в СССР планировалось строить таким образом, чтобы она была совместима с международными платежными системами. При этом предполагалось, что эта совместимость будет работать за границей, а в самом Союзе карта будет действовать как национальная, и внутренние транзакции по картам не будут выходить за пределы страны. Несмотря на то что выбор был сделан в пользу карт с магнитной полосой, мы тогда уже знали о существовании смарткарт и даже рассматривали возможность их использования для наших целей. Причин, по которым все-таки смарт-карты не были выбраны для внедрения в СССР, в то время было несколько: они еще были мало распространены во всем мире, не было даже банкоматов и платежных терминалов, отсутствовали единые стандарты, а также выяснилось, что отечественная электронная промышленность не может выпускать карты нужной емкости. Тогда даже было дано поручение министру электронной промышленности Владимиру Григорьевичу Колесникову на разработку собственных советских смарткарт. Но так ничего и не получилось. На Западе эти технологии нам передавать никто не собирался. С тем, как в вопросах технологий к нам относились в других странах, я познакомился в одной из своих поездок в США. Это было в 1989 году. Тогда большая делегация во главе с заместителем председателя Военнопромышленной комиссии СССР Юрием Антиповым отправилась в Соединенные Штаты. В составе делегации был известный академик Борис Васильевич Бункин – создатель СС-300, который специально летал для того, чтобы изучить возможности производства сложных электронных плат, которые делала в то время американская электронная промышленность у нас. Во время одной из таких встреч представители принимающих нас фирм, а мы были гостями IBM, Unisys и Diebold, подарили Бункину одну такую плату. На обратном пути на границе, несмотря на соответствующее письмо от этих фирм, академика задержали. Американские таможенники не хотели выпускать его с этой платой, хотя она даже не была новейшей разработкой. Делегация была задержана на несколько часов, и только с большим трудом Бункину удалось пройти таможню и привезти эту плату. Отсутствие собственной технологической базы и невозможность импорта соответствующих технологий и определили окончательно выбор карт с магнитной полосой в качестве основного инструмента для построения карточной системы в СССР.

Работа по внедрению карточных технологий велась одновременно по двум направлениям. Была разработана концепция специальной программы под названием Комплексная автоматизированная система безналичных расчетов населения (КАСБР), одновременно велись работы по выпуску первых международных банковских карточек. Оба эти проекта велись в Сбербанке под моим руководством, при очень активном участии председателя Сберегательного банка Александра Степановича Буркова. В 1987 году, после моего прихода в Сбербанк СССР, мы установили контакты с представителями международных платежных систем Visa и Europay. Устанавливались они по нашей инициативе, но и сами платежные системы проявляли заинтересованность в этом вопросе. Вообще история международных платежных карт в нашей стране началась с «Интуриста». Именно «Интурист» организовал прием карт иностранных эмитентов в Советском Союзе, оказался первым советским членом платежной системы Visa и выпустил первые карты Visa. В 80-х годах деятельностью в области карт в «Интуристе» занимался Михаил Михайлович Миско, позже эмигрировавший в США. Первые карты появились перед Олимпиадой 1988 года и были выданы членам олимпийской сборной СССР. Выпускались они, как я думаю, финским банком ОКО-Банк, который в то время был очень активным партнером советских организаций и через который вел свою деятельность «Интурист». Карты эти, скорее всего, выпускались за счет специальных фондов Visa, которые формировались для продвижения услуг платежной системы и привлечения новых клиентов. Тогда для платежной системы Visa это было распространенной практикой, и в свое время подобные карточки получило и руководство Сбербанка СССР, в том числе и я. С платежной системой Visa нас познакомили также представители финского ОКО-Банка. То, что партнером Сбербанка оказалась именно Visa, а не Europay, не случайно. Советский Союз тогда был хоть и перспективным для платежных систем, но не очень понятным рынком. И Europay вел себя в Союзе осторожно. Visa же была более напориста в своей политике, видимо, там уже чувствовали нарастающую конкуренцию с Europay.

В лондонском офисе Visa тогда за Советский Союз вместе с другими регионами отвечал Тоби Митчелл, который впоследствии стал часто бывать в Москве и помог нам в организации выпуска первой карты Сбербанка. После того как состоялось первое знакомство с платежной системой, мы стали бывать на различных симпозиумах, которые Visa периодически устраивала. На одном из таких мероприятий я познакомился с руководителем Visa International – Костюшко. В общем, с представителями Visa у нас были налажены очень тесные как формальные, так и неформальные контакты. Во многом именно такое тесное знакомство позволило нам в достаточно короткий срок провести все работы для того, чтобы выпустить первые карты. В этой работе нам помогала французская компания Imedi. Возглавлял ее француз, выходец из Грузии Георгий Цнобиладзе. Imedi стала тем интегратором, который помогал нам находить поставщиков оборудования, программных решений, а впоследствии и установить деловые отношения с компанией Serge Dassault, позже выбранной основным поставщиком решений для карточных проектов в Сбербанке. Вскоре мы выпустили карточки Visa. Первые карты получили Михаил Сергеевич Горбачев, Раиса Максимовна Горбачева, Николай Иванович Рыжков, а также еще целый ряд представителей Политбюро ЦК КПСС, Совета Министров СССР. Со временем были установлены первые банкоматы в здании Сбербанка и Госбанка СССР на Неглинной улице в Москве. Открытие банкомата для публичного использования состоялось в торжественной обстановке в октябре 1989 года в Дзержинском отделении Сбербанка на Олимпийском проспекте. Тогда на это мероприятие приезжал даже министр торговли Франции. Кроме первых лиц государства и других важных людей, карточки были выданы сотрудникам Сбербанка СССР и Госбанка, по которым они стали получать зарплату. Весь процесс по выпуску первых карт развивался очень быстро. Технологии, с которыми мы знакомились, были абсолютно новыми, и нам приходилось буквально впитывать поступающую информацию. За очень короткий срок было сделано колоссальное количество наработок, большинство из которых, к сожалению, нам не удалось воплотить в жизнь. После распада Советского Союза Сбербанк СССР был упразднен. На основе его отделений в России был создан Сберегательный банк Российской Федерации, где опыт, накопленный нами, со временем оказался реализованным в масштабных карточных проектах. Но, к моему сожалению, реализовывали эти проекты уже другие люди. Хотя, нужно отдать должное, делали они это грамотно и талантливо.

Непростая история национальной платежной системы

Проект Комплексной автоматизированной системы безналичных расчетов населения появился одновременно с другим глобальным проектом в области автоматизации банковской деятельности – проектом создания Единой вычислительной системы банков (ЕВС банков). Проект ЕВС банков предусматривал создание в Советском Союзе на базе вычислительных центров Госбанка СССР, которые к тому времени уже были созданы, а также на базе создававшихся вычислительных центров специализированных банков1 единого территориально распределенного комплекса для обслуживания всех банков в стране, как государственных, так и коммерческих. Прежде всего использовать данный комплекс предполагалось для автоматической обработки всех банковских транзакций. В конечном счете и КАСБР и ЕВС банков предполагалось взаимно интегрировать и перейти к обработке всех транзакций, как межбанковских, так и розничных в режиме онлайн. В разработке обоих проектов участвовали Сбербанк, Государственный комитет по вычислительной технике и информатике СССР (ГКВТИ СССР), а также Институт кибернетики АН УССР. В нынешней терминологии проект КАСБР представлял собой создание национальной платежной системы, в рамках которой должен был осуществляться выпуск банковских карт и их обслуживание на территории всех республик, входивших в состав СССР. Наряду с картами, которые должен был эмитировать Сбербанк, была предусмотрена и возможность приема иностранных карт. Для координации работы по созданию КАСБР в 1987 году был организован Совет, куда вошли представители организаций-инициаторов (Сбербанк СССР, ГКВТИ СССР, Институт кибернетики АН УССР), а также представители Госбанка СССР. Возглавить этот Совет было поручено мне. Официальным началом работ по созданию КАСБР стало обращение, подготовленное участниками Совета и направленное в Секретариат ЦК КПСС. 27 июня 1987 года Секретариат ЦК КПСС принял решение, где говорилось, что разработка КАСБР была необходима. В результате внедрения системы ожидалось увеличение скорости оборачиваемости денежных средств, снижение затрат, связанных с наличным денежным оборотом. Кроме того, предполагалось решить и ряд социально экономических проблем, а также повысить качество обслуживания населения. После этого уже в 1988 году было подготовлено еще одно обращение в Совет Министров СССР, в котором уже предлагались конкретные шаги по реализации программы. Мы тогда предложили включить систему КАСБР в Концепцию информатизации общества, которая тогда разрабатывалась в стране2, заложить разработку и внедрение системы в планы и госзаказ. Координацию и контроль за выполнением работ должен был осуществлять ГКВТИ СССР, головным разработчиком системной части проекта должен был стать Институт кибернетики им. В.М.Глушкова АН УССР. Также предполагалось разрешить создание совместных предприятий с иностранными партнерами. Которые должны были производить оборудование, необходимое для реализации программы: вычислительную технику, банковские и торговые терминалы. Для начала панировалось создать несколько пилотных проектов безналичных платежей: в Москве и Киеве. Предполагалось, что общие затраты на создание КАСБР составят более 10 млрд. рублей. По расчетам, окупить их можно было в течение всего одного года. Сделать это можно было за счет экономии на издержках по организации наличного денежного обращения в стране. Собственных оценок этих издержек у нас не было, но в зарубежных источниках такие издержки оценивались более чем в 6% от суммы денег, находящихся в обращении. По мере продвижения работ к проекту подключались различные министерства и ведомства. В результате напряженной работы удалось согласовать проект создания КАСБР с 38 заинтересованными министерствами и ведомствами, а также с Советами министров всех 15 республик СССР. В мае 1990 года был подготовлен проект постановления Совета министров СССР «О работах по информатизации банковской системы страны», в котором было две части: одна касалась ЕВС банков, другая – КАСБР. Проект постановления вместе с сопроводительной запиской, которую подписали Председатель ГКВТИ Б.Толстых, Председатель Госбанка СССР В. Геращенко и Председатель Сбербанка СССР В.Хоркин, был направлен Первому заместителю Председателя Совета Министров СССР Л.А.Воронину. Тогда же у Воронина было созвано совещание, на котором присутствовали представители Госкомиссии Совета Министров СССР по военнопромышленным вопросам, Госкомиссии по экономической реформе, Бюро Совмина СССР по социальному развитию, Госбанка СССР, Сбербанка СССР, ГКВТИ, Госплана, Минфина СССР, Минрадиопрома, Минсвязи и МВЭС. По предложениям, которые были направлены в Совет Министров, предполагалось для производства оборудования, необходимого для банковской автоматизации и организации приема карт, создать совместное советско-американское предприятие «ЮНИМАС», учредителями которого с американской стороны должна была стать компания Unisys, а с советской – НПО «Алмаз» Минрадиопрома СССР. Американцы даже согласились на бартерную схему расчета за поставляемую в СССР продукцию, мы тогда предложили им расплачиваться углем, сталью, мазутом и другими видами сырья. Архитектура самой системы безналичных платежей с использованием банковских карт должна была строиться по принципу расходящейся звезды. На самом высшем уровне агрегировались информационные потоки более мелкого регионального порядка. Те, в свою очередь, агрегировали данные с еще более мелкого уровня. И так – до единичных транзакций. То есть при желании с верхнего уровня системы можно было раскрутить обратно всю цепочку, дойдя до любой конкретной операции по определенной карте.

Впоследствии первоначальная конфигурация проекта несколько изменилась. Внедрять его решили в республиках Советского Союза, традиционно более приближенных к Западу: Латвии, Литве и Эстонии. Для каждой из трех прибалтийских республик были разработаны свои проекты и согласованы с республиканскими Советами Министров. Однако в СССР далеко не все были рады такому нововведению. Основная причина нежелания отказаться от наличного оборота заключалась в том, что наличность обеспечивала более простой механизм для теневого бизнеса и ухода от налогов. Внутри Сбербанка открытых противников карточек не было, несмотря на то что выпуск карточек затрагивал многие подразделения: и бухгалтеров, и операционистов, и кредитчиков, да много еще кого. Были, конечно, скептики из числа старых работников. Основные противники карточек были в других ведомствах. Сильное сопротивление тогда оказывали Министерство торговли и Промкооперация СССР, т. е. те, кто управлял сферой, где и был сосредоточен основной оборот наличных денег. Не было поддержки нашим инициативам и в Министерстве финансов СССР. В основном это происходило из-за непонимания, правда, согласование там в конце концов мы получили. Сильное противодействие мы ощущали со стороны Госбанка СССР. Там приятное исключение составлял Виктор Владимирович Геращенко, который хорошо знал, что такое карточки. Но на уровне заместителей председателя такой поддержки уже не было. Очень сильным нашим противником оказался один из зампредов Госбанка СССР. Ситуация осложнялась еще и тем, что его брат тогда работал в Кремле и такая связка позволяла ему оказывать серьезное давление на руководство Сбербанка. Для реализации концепции планировалось привлечь двух партнеров: французских и американских. Мы не хотели попасть в зависимость от поставщиков и политических вопросов. Кроме того, хотелось создать конкурентную среду для поставщиков. Американскими партнерами должны были стать уже упоминавшаяся Unisys и компания Diebold. Со стороны французов же выступала компания Serge Dassoult, вернее, ее дочернее подразделение Electronique Serge Dassault. Serge Dassoult была известна своей машиностроительной продукцией, в то время как Electronique Serge Dassault занималось банкоматам, POS-терминалами и технологиями для карточной работы. С французами у нас работа двигалась гораздо быстрее, что в большей части было связано с активной помощью компании Imedi. В Париже в 1990 году был подписан контракт на очень большую сумму – 1млрд. франков (по тому курсу это было что-то около 250 млн. долларов). На этом все закончилось. После этого начался выход трех республик из состава СССР, потом и весь Советский Союз развалили. Вместе с Советским Союзом исчез и Сбербанк СССР.

После подписания контракта последовал очень сильный скандал – видимо, сработали противодействующие силы. Тогда руководство Сбербанка обвинили в том, что подписание этого контракта было с кем-то не согласовано. Что тут сказать! Трудно себе представить, что за рубеж выезжает делегация во главе с Председателем Сбербанка в ранге министра СССР, в которую входят заведующий сектором ЦК КПСС, заместители председателей советов министров трех союзных республик3, где на самом подписании присутствует посол СССР во Франции, и при этом все это не согласовано! Но в жизни часто приходится сталкиваться с тем, что правильная и прогрессивная идея становится разменной картой в чьей-то политической или конъюнктурной игре… К тому же в стране все шло уже к развалу. Практически через несколько месяцев после подписания контракта прибалтийские республики вышли из состава СССР, да и сам Советский Союз немного времени спустя развалился совсем. После развала страны долгое время никому не было дела до проекта создания национальной платежной системы. Я несколько лет пытался ходить с нашим проектом по разным кабинетам в Правительстве уже Российской Федерации. Позже написал ряд служебных записок в Совет безопасности, так как считал, что создание единой национальной карточной системы – это прежде всего вопрос государственной безопасности и экономического суверенитета России. Во время кризиса, когда были прецеденты отключения России от платежной системы Visa, нам на практике продемонстрировали, что значит быть полностью завязанными на международную платежную систему. Тогда это не вызвало каких-то серьезных последствий – слишком мало держателей карточек международных платежных систем было в стране. Если же подобное произойдет сейчас, то это будет катастрофа. Кроме того, использование зарубежной платежной системы внутри страны – это предоставление за рубеж данных обо всех финансовых потоках, в результате чего становится известно абсолютно все: кто где чихнул и кто пошел в аптеку. А это абсолютно не в интересах сильного государства. При разработке проекта мы ориентировались на опыт Франции, где была создана своя независимая национальная платежная система. Вообще, как показывает многолетняя практика, Европа старается не полагаться во всем на ведущие платежные системы Visa и MasterCard, которые, по сути, являются американскими. Так было и в 90-х годах, так остается и сейчас. И России необходимо учитывать опыт европейцев, ведь подавляющее большинство операций по международным банковским картам, выпущенным в нашей стране, – это расчеты внутри страны. Какой смысл тогда отдавать эти операции в международную платежную систему? Зачем гонять транзакции через процессинг в Лондоне или Брюсселе, да еще и платить за это серьезные деньги? Не лучше ли их обрабатывать внутри? При этом мы не только сохраним информацию о транзакциях, но и сможем не размещать огромные страховые депозиты, которые сейчас банки вносят в платежные системы, которые могли бы работать на нашу экономику. По нашим планам в стране необходимо было создать ряд процессинговых центров, которые бы управлялись непосредственно банками или банковскими ассоциациями. Это решение в масштабах страны могло бы сэкономить очень большие ресурсы, которые банки затратили впоследствии на построение большого количества собственных процессингов. Одной из самых больших проблем в Советском Союзе было то, что его руководство никогда не хотело заглядывать вперед. Когда мы занимались разработкой КАСБР, то считали, что со временем условия для использования карточек изменятся. Не было сомнения, что станут более открытыми границы и население страны будет все активнее ездить за рубеж, где сможет использовать платежные инструменты на основе международных карт. Также у нас, разработчиков, была уверенность в том, что будет активно развиваться подвижная радиосвязь, которая позволит устанавливать оборудование, необходимое для приема карт в самых удаленных уголках страны. По нашим планам общее количество карт, которые удастся выпустить после полной реализации проекта, должно было составить 100 млн. Учитывая, что население страны в то время составляло около 260 млн. человек, мы планировали охватить большинство трудоспособных жителей. Для того чтобы проект вступил в стадию, когда он уже был бы необратимым, по моим оценкам, Сбербанку СССР не хватило года. Если бы все, включая саму страну, начало разваливаться хотя бы на год позже, то мы бы успели реализовать пилотные проекты в республиках и начать внедрение карточных технологий повсеместно. После развала Союза почти все, что долгое время делалось в области карточек, делалось не так и не в том направлении. Каждый банк тянул одеяло на себя, все пытались доказать, что они главные на карточном рынке. В результате мы не только упустили серьезные возможности, но и отодвинули перспективы создания национальной платежной системы, о которой мы мечтали, выпуская первые карты в Сбербанке СССР. И только сейчас, спустя почти 20 лет после разработки нашей программы, я с удовлетворением для себя замечаю, что вопрос о создании национальной платежной системы вновь поднимается, и даже предпринимаются смелые и практические шаги в этом направлении. Я до сих пор уверен, что если мы хотим быть сильной и экономически независимой страной, то иного пути у нас просто нет.


Комментарии (0):

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные Пользователи


Читайте в этом номере:
обновить

а вы знаете, что...

… первую в мире действующую систему дистанционного банковского обслуживания для юрлиц запустил в Великобритании в 1983 г. Bank of Scotland (для компаний, входящих в National Building Society), причем в системе для приема и отправки дистанционных распоряжений по счетам использовались тогда… телефон и телевизор?