Google+
Журнал Плас Плас Журнал http://www.plusworld.ru/
ул. Кржижановского, д. 29, корп. 5 Москва, 117218 Россия
+7 495 961 1065 http://www.plusworld.ru/upload/templates/logo_plus_ru.png
RSS RSS RSS RSS

Илья Рябый: воспоминания о «Мосте»

(Голосов: 1, Рейтинг: 5)

14.10.2008 Количество просмотров 1084 просмотра

Илья Рябый, и. о. главы
представительства
MasterCard Europe
в России

 

1991–1992: Экономист ООРИНО В/О «Союзвалютрасчет» Внешэкономбанка СССР

1992–1998: Экономист отдела клиентского обслуживания валютного управления КБ «Мост-Банк», заместитель директора департамента платежных средств КБ «Мост-Банк», директор департамента платежных средств КБ «Мост-Банк»


1998–2008: Региональный бизнес-менеджер Europay International, вице-президент MasterCard Europe, заместитель главы представительства MasterCard Europe в России

2008 – настоящее время:
И. о. главы представительства MasterCard Europe в России
В этом году при информационной поддержке журнала «ПЛАС» увидит свет двухтомник «История банковских карт в России», выпускаемый в рамках литературной серии «Экономическая летопись России». Согласно замыслу автора-составителя книги Олега Никульшина, в интервью героев сохранен их личный взгляд на многие события, что позволяет читателям ознакомиться с самыми разными, иногда противоречивыми, точками зрения на основные вехи истории развития российского рынка банковских карт. Продолжая серию публикаций избранных интервью книги, сегодня мы предлагаем вниманию наших читателей рассказ и. о. главы представительства MasterCard Europe в России Ильи Рябого, стоявшего у истоков развития российского карточного рынка вместе с командой департамента платежных средств «Мост-Банка», без участия которой в 1990-е годы не обходилось ни одно крупное событие или проект, связанные с карточками.

 Мой рассказ будет посвящен одному из самых амбициозных и успешных игроков на отечественном карточном рынке 1990-х годов – «Мост-Банку». Именно с этим банком было связано начало моей профессиональной деятельности на только начавшем формироваться в нашей стране карточном рынке. Полагаю, что этот рассказ будет интересен прежде всего тем, что позволит окунуться в атмосферу, в которой строился наш рынок, узнать и почувствовать особенности, характерные для того времени, о которых сегодня уже мало что напоминает. Надеюсь, что обилие слов «первый» и «впервые», которые будут встречаться в моем рассказе о «МостБанке», не смутит читателей. Это не попытка превознести достижения банка, а лишь констатация простых исторических фактов. «Мост-Банк» выступил в роли одного из немногочисленных пионеров отечественного рынка карточек, и именно в этом банке впервые появилось многое из того, что для современного карточного рынка является привычным и обыденным.

Дело случая

Я стал заниматься карточным бизнесом благодаря одному достаточно забавному, если не сказать нелепому, случаю. В 1990г. я учился на последнем курсе Финансового института и перед защитой диплома согласно действовавшим в то время порядкам должен был пройти преддипломную практику. Для этого меня вместе с однокурсниками направили во Внешэкономбанк СССР, где в течение 6 месяцев каждый из нас должен был поработать во всех четырех всесоюзных объединениях (ВО), существовавших в то время в рамках ВЭБа, – чтобы ознакомиться с различными направлениями работы банка. Одним из таких объединений должно было стать ВО «Союзвалютрасчет», которое занималось неторговыми операциями и розничным бизнесом ВЭБа.

Именно там и произошел случай, в результате которого я попал в карточную индустрию. Получилось так, что в первый день на практику я просто-напросто не явился. О том, что в тот день меня ждали в отделе кадров ВЭБа в Пестовском переулке, я узнал от своих друзей-однокурсников, которые, не встретив меня там, позвонили поинтересоваться, что со мной случилось.

В отделе кадров, куда я должен был прийти в первый день практики, каждому практиканту выдавали направление в конкретный отдел к конкретному сотруднику, который должен был знакомить будущего специалиста с практической работой банка. Приехав в отдел кадров на следующий день, я оказался единственным практикантом, которого не знали, куда пристроить. Сотрудница, отвечавшая за наше распределение, долго перебирала какие-то свои бумажки и наконец сообщила: «У нас есть один очень интересный отдел, где занимаются весьма любопытными вещами, думаю, что вам понравится. К тому же и руководитель там молодой – Джан Замани. Пойдете туда?» «Пойду», – ответил я, не особенно понимая, куда меня направили.

Подразделение, в которое меня определили, называлось «Отдел организации расчетов и инструктирования по неторговым операциям» (ООРИНО), и именно оно занималось банковскими картами во Внешэкономбанке. К тому моменту, когда я пришел в банк на практику, команда ВЭБа уже успела выпустить первые в истории СССР карточки Eurocard. Возглавлял отдел Джан Замани, его заместителем был Андрей Устинов, а курировал работу ООРИНО зам. начальника ВЭО «Союзвалютрасчет» Александр Поляков.

Месяц, отводившийся мне для ознакомления с работой отдела, пролетел быстро, и перед окончанием моей практики в нем Джан сказал мне: «Зачем тебе бродить по всему банку, если тебе у нас нравится, оставайся до конца практики, а потом, когда получишь диплом, приходи на работу». Работа отдела, действительно интересная, была связана с совершенно новыми для нашей страны вещами. Мне это нравилось, и я остался в ООРИНО на весь срок практики.

«Мост-Банк» одним из первых в России начал выпускать тематические карты, приуроченные к различным событиям (на фото – карта, выпущенная к Чемпионату мира по футболу 1998г. во Франции)

После получения диплома я воспользовался предложением Замани и, уже будучи дипломированным специалистом, пришел работать в ВЭБ в отдел, которым тот руководил. Но к тому времени в банке произошли большие перемены. В 1991г., когда Советский Союз столкнулся с жесточайшей нехваткой валютных средств для закупки за рубежом продовольствия и товаров первой необходимости, государство запустило руку «в закрома» ВЭБа, израсходовав практически все средства, находившиеся на клиентских счетах в банке, на приобретение импортных товаров. В декабре 1991г. ВЭБ заморозил все счета организаций и физических лиц, открытых в банке, и прекратил производить выплаты по ним.

Естественно, ни о каких карточках в таких условиях никто уже не думал. Поэтому еще до официального прекращения операций по счетам клиентов банк перестал вести работу с карточками, и одним из первых моих самостоятельных заданий в банке стало... изъятие из обращения «золотых» карт Eurocard – тех самых карт Eurocard, впервые выпущенных в СССР. Мы направляли их держателям соответствующие письма с просьбой вернуть карточку в банк. Впоследствии я получал самые разные данные о том, сколько этих карт было выпущено: от 80 до 400. Сегодня уже, наверное, трудно восстановить их истинное число, но я очень хорошо запомнил, что в списке держателей, с которым пришлось работать мне, было всего около 40 фамилий. Но что это были за фамилии! Многие из них приходилось слышать с экрана телевизора!

Кроме держателей карточек, нам в ООРИНО пришлось очень много общаться с владельцами «замороженных» валютных счетов в ВЭБе, на которых хранились деньги, заработанные ими в Анголе, Камбодже и многих других странах, в которых трудились советские специалисты. Задача наша была непростой, ведь нам приходилось вести переговоры с людьми, которые, пусть и не лишились окончательно своих накоплений, ради которых на годы покидали свои семьи, а иногда и рисковали жизнями, но потеряли возможность ими распоряжаться. Это общение стало для меня очень серьезной школой, уроки которой я запомнил на всю жизнь.

О том, как в "Мосте" появились карточки

В 1991г. многим специалистам казалось, что жить ВЭБу оставалось недолго. И не было ничего удивительного в том, что служащие банка, в частности, и работавшие в ООРИНО, искали какие-либо альтернативные варианты собственного трудоустройства. Я не знаю, кто первым познакомился с владельцем «Мост-Банка» Владимиром Александровичем Гусинским: Джан Замани или Александр Поляков, и кого из них тот пригласил на работу, но в конце 1991 – начале 1992 г. и тот и другой, а вместе с ними еще три сотрудника ООРИНО – Андрей Устинов, Гисмет Касумов и Рустам Максудов – перешли на работу в «МостБанк». Произошло это достаточно быстро и в обстановке определенной секретности, так что какое-то время мы, оставшиеся в ВЭБе, даже не знали, куда ушли работать наши коллеги. Уже позже кто-то из них проговорился, что они теперь работают в коммерческом банке – «Мост-Банке».

На то чтобы освоиться на новом месте, у выходцев из ВЭБа ушло не слишком много времени, и вскоре они уже начали собирать команду специалистов, которые могли бы решать стоявшие перед банком задачи. «Мост-Банк», или, как его часто называли, «Мост», в то время уже имел определенную историю работы на рынке. И хотя банк обслуживал в основном финансовые операции предприятий, входивших в группу «Мост», перед ним в то время открывались достаточно заманчивые перспективы для развития. Поэтому в банке стали «с нуля» создаваться целые подразделения, для которых, естественно, требовались специалисты.
Именно «Мост-Банк» первым начал эмитировать эмбоссированные карты Visa Electron

Вскоре после того как в «Мост-банк» перешел костяк ООРИНО, такое же предложение поступило и ко мне. Меня вновь пригласил Джан Замани, который возглавил только что созданное валютное управление в «Мост-Банке». Хотя изначально у «Мост-Банка» валютной лицензии не было, к тому времени вопрос о ее получении то ли уже был решен, то ли процесс решения находился в завершающей стадии. В рамках этого валютного управления предполагалось организовать работу с карточками, и Замани как раз подыскивал людей на новый проект, пригласив и меня. ВЭБ к тому времени фактически прекратил свою деятельность, и весной 1992г. я стал сотрудником «Моста». Первая запись в моей трудовой книжке, относящаяся к «Мост-Банку», – «Экономист отдела клиентского обслуживания валютного управления» – на первый взгляд, никакого отношения к карточкам не имела, но в то время внутренняя структура банка все еще находилась в стадии формирования, и специального отдела, который должен был заниматься работой с карточками, просто не существовало. Руководил карточным направлением Андрей Устинов, а я некоторое время был его единственным сотрудником. Если учесть, что Александр Поляков стал зам. председателя правления банка, и в его ведении были и валютные операции, и работа с карточками, то созданная в «Мост-Банке» структура полностью совпадала с той, что была в ВЭБе, только теперь круг вопросов, которые должны были решать Поляков и Замани, оказался гораздо шире, а практическая работа в области карточек полностью лежала на нас с Андреем Устиновым. Идея развития карточного направления в «Мост-банке», насколько я понимаю, первоначально исходила именно от Джана Замани. В то время во всей стране специалистов, которые бы хоть что-то понимали в карточном бизнесе, можно было пересчитать по пальцам, а Джан был как раз одним из немногих, кто не только на практике знал, как нужно строить работу с картами, но и мог доходчиво объяснить суть и устройство самого карточного бизнеса. Замани рассказал Гусинскому о том, что такое карточки и карточный бизнес, причем не просто убедил его в том, что карточками стоит заниматься, но и смог заразить своей уверенностью в том, что это направление розничного бизнеса является одним из самых перспективных. С какогото момента и сам Гусинский стал уделять карточкам самое пристальное внимание.

Ритм нашей работы, я имею в виду всех тех, кто занимался в «Мост-Банке» реализацией карточного направления, с самого начала был очень интенсивным. В течение одного только 1992 г. «Мост-Банк» вступил, с небольшой разницей во времени, и в Europay, и в Visa. Тогда же мы выпустили и первые международные карточки банка – это были карты Eurocard. Помню любопытный спор, связанный с этим событием, который состоялся между Андреем Устиновым и Александром Капустиным, возглавлявшим единственную на тот момент в России эквайринговую компанию, работавшую с международными картами, – «Интуркредиткард». Спорили на коньяк. Предметом спора было то, успеем ли мы выпустить карточку за срок порядка одного месяца: спорили в конце марта – начале апреля, а карточки предстояло выпустить к 1 мая, причем на момент спора необходимые для выпуска карт документы только готовились к подписанию.

Спор этот Устинов выиграл, и карточка была выпущена. Правда, конечно, в то время это был не самостоятельный выпуск – карточки тогда выпускались в рамках агентской программы компании Eurocard Netherlands, и «Мост-Банк» работал в системе под «легендарным» ICA 1330. Практика выпуска карт по агентским схемам зарубежных банков на заре российского карточного рынка была распространенной. Даже самые первые карточки Eurocard, эмитированные ВЭБом, также были выпущены и обслуживались по агентской схеме через французский банк Credit Mutuel.

Работа по выпуску и последующему обслуживанию карт через Eurocard Netherlands, конечно же, очень сильно отличалась от схемы работы карточного подразделения современного банка. В Москве мы лишь собирали анкеты, которые отправлялись в Голландию, а оттуда нам присылали уже готовые карточки. Для каждой из карт мы ежемесячно устанавливали лимиты и отправляли их в Eurocard Netherlands. В 00 час. 00 мин. каждого последнего календарного дня месяца эти лимиты обнулялись и открывались заново. Такая практика была очень неудобной, но являлась единственной возможностью управления рисками по клиентским операциям.

По такой же схеме в то время работали и многие другие банки, приступившие к выпуску в России Eurocard, например «Элбим-банк», который вторым после «Мост-Банка» стал выпускать все категории карт Eurocard/MasterCard. В отличие от Eurocard карточки Visa выпускались и обслуживались «Мост-Банком» с самого начала напрямую, без использования агентских схем. Для этого банк заключил договор с английской компанией Card Tech Ltd (CTL), единственным на тот момент поставщиком процессинговых решений в России. В качестве back office банк установил программный продукт Cardman производства CTL, а для персонализации карт был закуплен эмбоссер Datacard, ставший одним из первых подобных устройств в стране.

Первые карты международных платежных систем, которые стали предлагать российские банки своим клиентам, назвать доступными было нельзя никак. Тарифы были столь высоки, что даже карты массовых категорий могли себе позволить лишь весьма состоятельные люди. Например, во второй половине 1992г. по картам Eurocard/MasterCard Standard «Мост-Банка» минимальный первоначальный взнос составлял 10 тыс. долл. США, по картам Eurocard/MasterCard Gold – 20 тыс. долл., по картам Visa Classic – 12 тыс. долл., минимальный неснижаемый остаток по этим картам составлял, соответственно, 10 тыс. долл., 5 тыс. долл. и 6 тыс. долл. Одной из причин столь высоких требований к размеру первоначального взноса и неснижаемого остатка являлся высокий уровень рисков для банка, связанный с клиентскими операциями по картам.
Под логотипом программы «Альянс» «МостБанка» международные карты в России выпускали многие банки

Кредитовать держателей карт банки в то время не умели – банки, конечно, достаточно часто выдавали кредиты, но лишь собственным TOP-менеджерам и владельцам банка. Что касается остальных клиентов, то у банков не имелось никаких отработанных инструментов для того, чтобы снизить риски при работе с держателями кредитных карт: не существовало ни бюро кредитных историй, ни каких-либо механизмов скоринга или риск-менеджмента. В начале 90-х годов значительная часть операций по карточкам международных платежных систем проводилась без авторизации, что естественным образом повышало риски банков, так как после прохождения транзакции до ее обработки в банке проходило некоторое время, в течение которого клиент мог совершить транзакции на сумму, значительно превышающую ту, которая была размещена на его счете. Именно с целью предоставления клиентам хоть сколько-нибудь значимых кредитных лимитов банки вынуждены были требовать от держателей карт размещения на банковских счетах депозитов довольно внушительных размеров. Но и при таких условиях находились желающие оформить карточки.

Постепенно столь высокие требования стали смягчаться. В «Мост-Банке», например, уже к концу 1993г. первоначальный взнос для держателей Visa Classic и MasterCard Standard был снижен до 3 тыс. долл., для держателей карт категорий Gold– до 10 тыс. долл., при этом неснижаемый остаток был отменен. Причем «Мост» стал одним из первых банков в России, который перестал требовать от держателей своих карточек размещения на счету страхового депозита.

Одним из моментов, которым гордилась карточная команда «Мост-Банка», стало открытие первого в России банкомата, обслуживающего карты Eurocard/ MasterCard. Случилось это сравнительно поздно – в начале 1994 г., когда у нас за плечами был уже достаточно большой по тем временам опыт работы с карточками. Установка и запуск в работу банкомата, принимающего карты Eurocard/ MasterCard, стали возможны после того, как начала свою работу процессинговая компания «Кардцентр». Благодаря ей у российских банков появилась возможность обрабатывать транзакции по своим картам не за рубежом, а у себя в стране. Первый банкомат «Мост-Банк» установил в «Новоарбатском» гастрономе в Москве. По моему мнению, его можно считать не только первым банкоматом, работавшим с картами MasterCard/Eurocard, но и вообще первым банкоматом в России, обслуживавшим международные карточки в коммерческом масштабе.

Почти в это же время на территории нашей страны были установлены банкоматы и других банков, некоторые из них работали с международными картами. Сам я помню два таких устройства: банкомат American Express, установленный в Центре международной торговли, и банкомат, который установила Visa в гостинице «Метрополь». Но банкоматами, работающими в полноценном, коммерческом режиме, назвать их было сложно. Банкомат, установленный AmEx, работал только с карточками данной компании, держателями которых в те времена были практически исключительно иностранцы, а банкомат, установленный Visa, простоял в «Метрополе» два дня, в течение которых в отеле проходило региональное совещание этой платежной системы, а потом его демонтировали.

Ситуация с установкой банкомата «Мост-Банка» в магазине на Новом Арбате сложилась довольно интересным образом. Дело в том, что в один и тот же день были запущены в работу два банкомата, работающие с картами MasterCard/Eurocard, один из которых был установлен «Мост-Банком», а второй – банком «Кредит-Москва», однако первым заработал именно наш банкомат. Делегация, отправившаяся перерезать ленточку на Центральный телеграф, где был установлен банкомат банка «Кредит-Москва», перед этим открыла банкомат на Новом Арбате, так что разница во времени между этими двумя торжественными событиями, пусть и получасовая, но все-таки была.

Я слышал, что наши коллеги из банка «Кредит-Москва» пытались оспорить первенство, приводя тот аргумент, что при проведении первой транзакции в банкомате «Мост-Банка» якобы произошел некий сбой. Однако я хорошо помню, что в ходе торжественного открытия банкомата транзакция была успешно проведена и деньги банкомат выдал. Возвращаясь к «Кардцентру», отмечу, что появление этой процессинговой компании стало очень важной вехой в истории российского карточного рынка. С нашей точки зрения, «Кардцентр» выполнил предназначенную ему роль – доказал, что создать процессинговый центр в России технически возможно. Для того чтобы построить собственный процессинг по образу и подобию «Кардцентра», были необходимы серьезные инвестиции. Но к тому времени «Мост-Банк» уже мог позволить себе потратить на создание собственного процессинга достаточно крупные средства. «Мультикарта», процессинговая компания, созданная «Мост-Банком» и находившаяся под его полным контролем, начала работу весной 1995 г. и с того времени взяла на себя функцию процессора по всем карточкам, выпускавшимся банком.

 Первая локальная карта

«Мост» первым из российских банков заявил о создании собственной локальной платежной карты. Конечно, сейчас можно спорить о том, чья локальная карточка была на самом деле первой, но ни я, ни мои коллеги на момент запуска этой карты не располагали информацией о том, что кто-либо из российских банков начал выпуск своей локальной карты, а мы весьма пристально следили за тем, что происходило на карточном рынке. Выпуск собственной локальной карты стал стратегическим шагом, к которому нас подталкивала упомянутая выше ситуация с управлением рисками: далеко не всем желающим получить карточку мы могли выдать «полноценный» международный продукт. В то же время у нас было велико желание выйти на рынок с понастоящему массовым предложением.

В то время никто не мог себе и представить, что впоследствии эти локальные карты «Мост-Банка» трансформируются в международные карты Maestro. Так как в разработке локальной карты нам не на кого было особенно равняться, то все пришлось придумывать самим, что называется, с нуля. С технологической точки зрения, карточка, разработанная в «Мосте», не была похожа ни на какие другие карты. Так как о чиповых картах мы в то время имели весьма отдаленное представление, наша карта была с магнитной полосой. Средств для разработки карты практически не было, и все, чем мы располагали на тот момент, это эмбоссер, используемый для персонализации карт Visa. При этом мы имели весьма общее представление о том, как происходит авторизация операций по карточкам. В отсутствие какого бы то ни было специализированного программного обеспечения первые карточки работали по так называемой картотечной авторизации. На каждого клиента была заведена отдельная бумажная карточка, где указывался остаток средств по счету. Когда поступал звонок из торговой точки на авторизацию, сотрудник центра авторизации открывал ящик, где хранились эти карточки, вынимал соответствующую карточку клиента, и, если указанный на ней остаток средств позволял проводить операцию, давал положительный ответ. Впрочем, кое-каким программным обеспечением мы в то время располагали. Это был – только не смейтесь – генератор кодов авторизации. Мы долго думали, каким образом давать коды авторизации, пока кто-то из банковских программистов не написал программу – генератор случайных чисел, выдававший новое число при каждом нажатии клавиши на компьютере. Эти числа и использовались в качестве кодов авторизации.

Авторучка, которой подписывался первый контракт между Eurocard и Внешэкономбанком (из коллекции И.В.Рябого)

Если я не ошибаюсь, то в таком режиме мы работали до того момента, пока число держателей карт не достигло 1 тыс. человек. Впрочем, вручную велась работа не только по карточкам. До 1993г. автоматизации в банке не было практически никакой. Баланс банка сводился вручную. Вручную велись и лицевые счета клиентов. Помню, что такая деятельность характеризовалась очень емким термином «вязать банты» – бумаги с операциями дня нужно было подшивать в папки на веревочных завязках.

Первая локальная карта «Мост-Банка» под официальным названием «Дебетовая карточка «Мост-Банка», появившаяся на рынке в 1992г., обладала удивительно примитивным дизайном, но в своем первоначальном виде просуществовала недолго. В 1993г. наш собственный карточный продукт был переведен на нормальную технологическую базу. Возможность автоматизации операций по локальным карточкам появилась у нас с началом автоматизации всей банковской работы. Разработкой и внедрением автоматизированной банковской системы (АБС) занималась английская компания Diagram, и я помню, как в ходе переговоров с этой компанией нам впервые в жизни пришлось писать техническое задание на автоматизацию выпуска и обслуживания карт. Тогда же, в 1993г., и появилось второе поколение локальной карточки «Мост-Банка» – MostCard – те самые карты насыщенного красного цвета, рекламу которых впоследствии можно было встретить в прессе и на уличных щитах.

Новый дизайн карточек утверждал лично Гусинский. В то время в оформлении карт различных банков доминировала сине-серебристая гамма. Чтобы убедить Владимира Александровича, что карточки могут быть не только уныло-скучными, но и яркими, нам пришлось приложить достаточно много усилий.

Условия выпуска MostCard были гораздо более доступными, чем аналогичные условия, на которых «Мост-Банк» осуществлял выпуск Visa или MasterCard. Минимальный первоначальный взнос составлял всего 250 долл., стоимость годового обслуживания – 60 долл., а страховой депозит не требовался вовсе. Как только «Мост-Банк» стал развивать филиальную сеть в других городах, произошло это не сразу, а году примерно в 1994-м, выпуск карт был организован и в региональных филиалах. Спустя некоторое время карточка MostCard превратилась в международную – на ней появились два логотипа Europay: дебетовой карты Maestro и сети банкоматов Cirrus, и карты стали приниматься не только в сети «Мост-Банка» в России, но и в торговых точках и банкоматах за рубежом.

MostCard стала, таким образом, первой картой Cirrus/Maestro, выпущенной российским банком. Причем некоторые обстоятельства, связанные с ее выпуском, наводят меня на мысль, что она была также одной из первых карт, на которой появились оба эти логотипа, не только в России, но и в мире в целом. Так, после того как мы договорились с Europay о выпуске этой карты, уже получили отпечатанный пластик, и проект по выпуску карты с двумя логотипами находился на грани запуска, вдруг выяснилось, что правила Europay, действовавшие на тот момент, не предусматривали совместного использования двух логотипов – Maestro и Cirrus – на одной карте. Выяснилось это случайно, когда уже сами карточки были напечатаны, и нам нужно было пройти окончательное согласование нового продукта в Europay. Я в тот момент находился вместе с Александром Поляковым в штаб-квартире Europay в Ватерлоо. Помню, когда нам сказали, что наша карта не соответствует правилам системы, Александр Николаевич мне пригрозил: «Если ты сейчас их не убедишь, то я не знаю, что с тобой сделаю». Понервничал я тогда изрядно, но убедить всех, кого нужно, мне все-таки удалось.
Со временем локальные карты MostCard превратились в Maestro

Именно эти обстоятельства и натолкнули меня на мысль, что наш случай был, может быть, первым в истории Europay, когда на одной карте были размещены оба логотипа, так что, возможно, карты «Моста» стали первыми в истории картами Cirrus/Maestro. После выпуска совместных карт MostCard – Cirrus/Maestro – мы приступили к эмиссии совместных карточек MostCard – Visa Electron. Правда, целесообразность появления этой карты для меня и по сей день остается под вопросом. Visa Electron была, как и Maestro, дебетовой картой, предназначенной для проведения online-транзакций, но обладала очень существенным отличием – в то время, согласно правилам Visa, эмбоссирование карточек Electron не допускалось, а Maestro могла быть эмбоссированной. Тогда это обстоятельство было достаточно серьезным, ведь первоначально сеть приема карт «Мост-Банка» оснащалась преимущественно импринтерами, и если по картам MostCardMaestro можно было расплатиться во всей собственной сети приема банка, то картами MostCard-Visa Electron –лишь в немногочисленных точках, которые мы оснастили к тому времени электронными терминалами. Получалось, что собственная карта банка была обречена на использование в чужих сетях приема. Кроме того, различалось и позиционирование двух этих карточных продуктов.

Карта с логотипом Maestro продвигалась банком как локальная карточка «МостБанка», возможности которой повышались за счет международной сети приема, а Visa Electron –как карта с ограниченным функционалом, использующаяся в качестве недорогого заменителя массовых классических карточных продуктов. Со временем, когда Visa поменяла свои правила относительно эмбоссирования карт Electron, данная проблема была решена, и мы выпустили первые в мире эмбоссированные карточки Electron.

О том, как могущество "Моста" прирастало "Альянсом"

Карточки MostCard пользовались достаточно большим успехом на рынке. Спустя какое-то время после их появления к нам даже стали поступать запросы от других банков о возможности выпуска MostCard и обслуживания операций по ним. Вопрос о том, стоит ли превращать MostCard в межбанковскую систему или оставить монобанковским локальным карточным проектом, обсуждался внутри «Моста» серьезно и достаточно долго, но в конце концов мы осознанно оставили эту карточку исключительно внутрибанковской. При этом многочисленные обращения сторонних банков не остались без внимания, в результате чего «Мост-Банк» стал родоначальником первой широкомасштабной агентской программы по выпуску международных карт, получившей название «Альянс».

Банкиры из других кредитных организаций обращались к нам далеко не случайно. Для многих российских банков в те времена эмиссия международных карт было делом практически недоступным, прежде всего потому, что процесс вступления в платежные системы был достаточно затратным как по времени, так и в финансовом плане, в котором к тому же необходимо было неплохо разбираться, а специалистов на рынке по-прежнему не хватало. В то же самое время банкиры уже смогли почувствовать привлекательность карточного бизнеса. Тогда, конечно, о карточках как о бизнес-направлении думали далеко не все, но опыт других банков показал, что карты могут быть как минимум достаточно интересной для банковских клиентов дополнительной услугой. Поэтому и шли делегации из различных банков в те кредитно-финансовые организации, которые к тому времени уже создали свои внутрибанковские платежные системы: к нам, в STB-Card, в Union Card, рассчитывая, что условия работы с российскими партнерами будут проще и дешевле, чем с международными платежными системами.

Именно на такие банки, которые хотели быстро и без серьезных капиталовложений приступить к выпуску карточек, и была рассчитана программа «Альянс», которая стартовала в «Мост-Банке» 1995г. Первым банком, совместно с «Мостом» приступившим к эмиссии международных карт в рамках межбанковской программы «Альянс», стал петербургский «Русскобанк». Агентская программа «Мост-Банка» стала очень быстро набирать обороты и в короткий срок смогла выйти на весьма серьезные показатели.

В момент создания программы «Альянс» политика платежных систем, как Europay, так и Visa, в отношении агентских схем в России была весьма лояльной. Программа «Мост-Банка» была зарегистрирована в обеих системах – мы достаточно внимательно отнеслись к этой составляющей проекта. Платежные системы в то время достаточно легко давали «зеленый свет» подобным программам, поскольку их реализация являлась одним из наиболее эффективных путей развития своего присутствия в нашей стране. Отношение к банкамагентам изменилось только после введения в ряде стран Запада законодательных актов, направленных на противодействие отмыванию и легализации денег. Именно тогда и вспомнили о принципе «знай своего клиента в лицо». Естественно, при работе по агентским схемам банку, являющемуся де-юре эмитентом карт, сложно узнать, кто становится их держателем. Но борьба с агентскими схемами началась уже после того, как «Мост-Банк» прекратил свой карточный бизнес, а затем и совсем исчез с банковского небосклона.

О любви клиентов и качестве обслуживания

Пусть это звучит несколько нескромно, но я до сих пор считаю, что в свое время карточные продукты «Мост-Банка» были, пожалуй, самыми лучшими на отечественном рынке. Доподлинно об этом я могу судить хотя бы потому, что мы выпускали карточки в «Мосте» для целого ряда банкиров и TOP-менеджеров из других банков, которые также занимались эмиссией международных карт. Карточки своего банка всегда лучше, хотя бы потому, что в своем банке можно решить любые возможные проблемы в любой момент. Но, несмотря на это, банкиры из других кредитных организаций не только из любопытства открывали в «Мост-Банке» карточные счета и получали карточки, но и активно их использовали. Карточные продукты «Мост-Банка» привлекали пользователей прежде всего уровнем обеспечиваемого сервиса. Сейчас многие дополнительные возможности для держателей карт кажутся обычным делом, но в первой половине 1990-х годов лишь немногие банки могли похвастаться тем уровнем сервиса, который обеспечивал держателям своих карт наш банк. Например, в случае потери карты за рубежом мы обеспечивали держателю не только экстренную выдачу наличных через ближайший банк, но и оперативную доставку новой карточки курьерской почтой DHL, причем делалось это для держателей как «золотых» карточек, так и обычных карт массовых категорий.

Наряду с организацией сервиса «МостБанк» одним из первых стал уделять очень серьезное внимание защите финансовых интересов держателей эмитированных им карт. Стоит признать, что занимались мы этим достаточно эффективно, и процент выигранных нами спорных случаев был достаточно высок.

Инновации: состоявшиеся и нет

В сфере банковских карт на счету «Моста-Банка» – целый ряд очень интересных проектов, некоторые из которых реализовать удалось, некоторые – нет, но тем не менее все они заслуживают того, чтобы о них помнили. Во многих случаях это были первые попытки реализовать идеи, к которым специалисты разных российских банков не раз возвращались впоследствии. «Мост» стал одним из первых российских банков, разработавших и выпустивших специальный карточный продукт для молодежной аудитории. Карта эта называлась «MostCard 1» и была рассчитана на молодых людей в возрастной категории от 16 до 28 лет. Привлекать таких клиентов мы планировали системой скидок в магазинах, барах, дискотеках и клубах. Представлена широкой публике «MostCard 1» была в символичный день – 1 сентября 1997 г., в день начала учебного года. Дизайн карты также был нестандартным – на лицевой стороне было размещено изображение гоночного автомобиля «Формулы 1». Первое время карта выдавалась бесплатно.

Нельзя сказать, что те наши первые опыты найти общий язык с молодежной аудиторией оказались очень удачными. Я до сих пор с некоторым скепсисом отношусь к идее создания молодежных карт. Расчет на то, что молодые люди, повзрослев, станут активной клиентурой банков, на уровне предположения кажется привлекательным, однако до сих пор в России я так и не увидел какой-либо молодежной карточной программы, создатели которой действительно могли бы похвастаться серьезными успехами. Кроме выпуска карточек для отдельных потребительских групп, «Мост-Банк» стал одним из первых, кто начал выпускать карточки с оригинальным дизайном, приуроченным к конкретным культовым событиям. Перед Чемпионатом мира по футболу 1998 г. мы выпустили специальные «футбольные» карточки MasterCard, которые пользовались заметным спросом среди клиентов.

Еще одна любопытная карточная программа, родившаяся в свое время в недрах «Мост-Банка», это программа скидок, разработанная в расчете на любителей посещать рестораны. Рабочее название программы – MostCard Diner. Согласно нашим замыслам, в ее рамках владельцы карточек MostCard должны были получать скидки в различных ресторанах. По целому ряду причин программа так и не была запущена, хотя в ходе ее разработки мы успели договориться о скидках в размере 10% с тремя ресторанами: двумя «Starlight-Diner» (на Садовой улице и на Коровьем Валу) и рестораном «Династия» на Зубовском бульваре В «Мосте» также были выпущены одни из первых в России международные аффинити-карты (о том, что кто-то выпускал подобные карты раньше «Мост-Банка», у нас никакой информации не было) совместно с футбольным клубом «Спартак». Еще один проект выпуска аффинитикарт, обещавший быть очень интересным, так и остался нереализованным. Речь идет о выпуске совместных карт с радиостанцией «Европа Плюс», подготовка которого велась в 1997–1998 гг. Реализовать этот проект нам помешал банковский кризис 1998 г., после которого «Мост-Банку» стало уже не до карточек и не до радио. 

 Как мы писали нормативы

Наверное, я не сильно преувеличу, если скажу, что в середине 1990-х годов ни одно крупное событие или проект, связанные с карточками, не обходились без непосредственного участия представителей «Мост-Банка». И касалось это не только попыток раздела рынка и укрепления на нем, о чем в свое время достаточно много писала пресса, но и вполне созидательных процессов. Одним из таких проектов, который, как мне кажется, вывел наш рынок на новый уровень, стало создание рабочей группы при Центральном банке РФ, в работе которой мне как представителю «Мост-Банка» посчастливилось участвовать. Скажу сразу, что на деятельность этой группы участниками рынка возлагались гораздо большие надежды, чем те реальные результаты, которых удалось достичь в итоге.

Но тем не менее именно благодаря ее деятельности на российском рынке появился первый нормативный документ, описывающий работу банков с карточками, – Положение №23-П. Его выход вызвал неоднозначную реакцию участников рынка. С одной стороны, впервые в России появились хоть какие-то официальные правила игры. Но в то же самое время претензий к документу было предъявлено достаточно много. Я в качестве одного из авторов, приложивших руку к созданию прообраза этого документа, выслушал немало таких претензий. Многие из них были оправданными, но принимать их в полной мере на свой счет и на счет моих коллег по рабочей группе я бы не стал. Дело в том, что между проектом документа, подготовленным участниками рабочей группы, и итоговым документом, который был принят Центральным банком РФ, было достаточно много отличий. Какие-то из предложений со стороны банкиров были из него исключены, какие-то – видоизменены. Но, несмотря на все имеющиеся минусы, у этого положения был один очень большой плюс – он наделял карточки статусом легитимного платежного инструмента на территории России.

Участвуя в рабочей группе, мы были полны иллюзий – как насчет того, что нам удастся разработать идеальный нормативные документ, так и по поводу того, что наша деятельность поможет создать в России национальную платежную систему. И если процесс «нормотворчества» завершился каким-то результатом, то с реализацией идеи по созданию национальной платежной системы мы не продвинулись ни на шаг. Мне сложно судить, почему так произошло, но результат был налицо – после выхода Постановления №23-П у меня, как и у некоторых других участников группы, сложилось впечатление, что завершился только один из этапов нашей деятельности, но оказалось, что на этом ее работа вообще остановилась.

Вместо послесловия

Моя работа в «Мост-Банке» завершилась в 1998г., с переходом на должность регионального бизнес-менеджера в московское представительство компании Europay. Произошло это не после августовского кризиса 1998 г., как это случилось с большинством моих коллег, а еще до соответствующих событий, в июле 1998г. Свой первый рабочий день в представительстве Europay я, наверное, не забуду никогда: на работу я вышел именно 17 августа 1998 г. В то время весь московский офис компании состоял из пяти человек, и мне запомнилось, как в обеденный перерыв мы включили телевизор и узнали о том, что правительство объявило дефолт по заимствованиям, а в стране разразился самый крупный финансовый кризис за всю постсоветскую историю. Таким образом, моя работа в представительстве началась с антикризисного управления. Впрочем, это уже совсем другая история.

Что же касается «Мост-Банка», то некоторое время спустя после августа 1998г. он продолжал работать с карточками, причем, помимо проведения выплат держателям карточных счетов, которые были заблокированы в августе 1998 г., банк даже предпринимал попытки выпуска новых карточных продуктов. Но, конечно, совершенно не в тех масштабах, с которыми мы реализовывали карточные проекты в середине 1990-х годов. Осенью 2000 г. банк вместе с его карточным бизнесом был приобретен Внешторгбанком (сделка была начата в мае 2000 г., завершена – в октябре того же года). В апреле 2001 г. у банка была отозвана лицензия, а в 2005 г. завершилась ликвидация банка как юридического лица. Эпоха «Мост-Банка» закончилась, и он остался ее героем. Быть может, неоднозначным, скандальным, но, несомненно, заслуживающим того, чтобы о нем помнили.


Комментарии (0):

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные Пользователи


Читайте в этом номере:
обновить

а вы знаете, что...

… в Океании раковины каури (моллюсков) сохранились как платежное средство ограниченного оборота до наших дней? В настоящее время среди всех архипелагов Океании раковины моллюсков действительно распространены в качестве не декоративной, а реальной расчетной единицы на Соломоновых островах.