Google+
Журнал Плас Плас Журнал http://www.plusworld.ru/
ул. Кржижановского, д. 29, корп. 5 Москва, 117218 Россия
+7 495 961 1065 http://www.plusworld.ru/upload/templates/logo_plus_ru.png
RSS RSS RSS RSS

Игорь Голдовский: Очерки из истории STB CARD

(Нет голосов)

14.11.2008 Количество просмотров 1359 просмотров

В этом году при информационной поддержке журнала «ПЛАС» увидит свет двухтомник «История банковских карт в России», выпускаемый в рамках литературной серии «Экономическая летопись России». Согласно замыслу автора-составителя книги Олега Никульшина, в интервью героев сохранен их личный взгляд на многие события, что позволяет читателям ознакомиться с самыми разными, иногда противоречивыми, точками зрения на основные вехи истории развития российского рынка банковских карт. Продолжая серию публикаций избранных интервью книги, сегодня мы предлагаем вниманию наших читателей рассказ Игоря Голдовского, стоявшего у истоков российской платежной системы STB CARD.


Игорь Михайлович Голдовский

  • 1992–1993: Технический директор СП «Американо-российский космос»
  • 1994–1996: Директор по развитию ЗАО «СТБ КАРД»
  • 1996–2001: Главный конструктор по платежным системам банка «СБС-Агро»
  • 2001–2007: Генеральный директор ЗАО «СТБ – Платежная система»
  • 2001–2004: Генеральный директор ЗАО «СТБ КАРД»
  • 2000 – наст. время: Генеральный директор ЗАО «Платежные технологии»



 Оканчивая в 1981 г. московский «физтех», я, конечно же, не предполагал, что со временем моя профессиональная деятельность окажется связанной с банковскими картами. Не предполагал не только потому, что о банковских картах я тогда практически ничего не знал, но главным образом потому, что в то время я мечтал о профессии математика. В том, что свою жизнь я посвящу математике или теоретической физике, у меня тогда сомнений не было. В 1984г., после окончания аспирантуры и защиты диссертации, посвященной управляемым случайным процессам, я, уже будучи кандидатом физико-математических наук, попал в один из «почтовых ящиков» – закрытых научно-исследовательских институтов. У меня к этому времени уже появилась семья, «оборонке» были нужны «мозги», и платили там за них гораздо больше, чем в Академии наук. Правда, попасть в «ящик» мне оказалось нелегко: понадобилась протекция моего научного руководителя вМФТИ (у меня была проблема с пресловутым «пятым пунктом»).

Но времена в стране менялись. В конце 1980-х СССР стал гораздо более открытым обществом, чем еще каких-то 5 лет назад. Друзья пригласили меня на работу в Институт автоматизированных систем АН СССР, где я возглавил лабораторию, занимавшуюся математическим моделированием систем передачи данных, разработкой средств защиты информации от несанкционированного доступа, а также созданием центра управления сетями на основе открытых международных стандартов.

Оттуда я в качестве технического директора перешел в одно из первых совместных предприятий с красивым и многообещающим названием «Американороссийский космос». Компания занималась разработкой спутниковых систем коммерческой передачи данных на базе российских спутников связи. Тогда все ожидали появления нового поколения спутников связи «Экспресс-М» и телевизионных спутников «Галс». К сожалению, СП просуществовало недолго – чуть больше года.

К моменту прекращения деятельности «Американо-российского космоса» ко мне поступило предложение от телекоммуникационной компании Sprint. Мне предложили должность директора по продуктам. Но неожиданно для меня в то же самое время ко мне обратился один из бывших коллег по «почтовому ящику» с просьбой разработать телекоммуникационный проект для банка «Столичный». Я откликнулся на это предложение.

На подготовку проекта для банка потребовалось немного времени. После того как все было готово, я приехал в банк защищать проект. Мне показалось, что проект нашел понимание у специалистов банка. Спустя некоторое время после этого визита мне сообщили о желании владельца банка «Столичный» Александра Смоленского встретиться со мной. Встреча была короткой: мне предложили возглавить в банке отдел телекоммуникаций, и я согласился. Однако перед самым выходом на работу состоялась еще одна встреча со Смоленским, в ходе которой он неожиданно сделал мне иное предложение – стать директором по развитию компании «СТБ КАРД».

Предложение было не только неожиданным, но и заманчивым. Направление, которым предложил мне заняться А.Смоленский, было совершенно новым, интересным и связанным с более широким спектром вопросов из области информационных технологий, включающим телекоммуникации лишь как одну из составляющих. Поэтому вместо того чтобы пойти работать в Sprint, я с 1 января 1994 г. стал директором по развитию компании «СТБ КАРД», входившей в группу компаний банка «Столичный».

«Наш ответ» Visa

С самого начала компания «СТБ КАРД» выполняла две основные функции: являлась оператором локальной платежной системы STB CARD и работала в качестве процессингового центра, обрабатывающего транзакции по картам нескольких платежных систем: сначала STB CARD, Visa и MasterCard, а чуть позже – Diners Club и American Express.

Национальная платежная система STB CARD своим появлением была обязана слишком осторожной политике, которой придерживались в то время международные платежные системы при работе с российскими банками. В частности, когда Visa отказалась принять банк «Столичный» в свои ряды в качестве принципиального члена, тогда, во многом в пику представителям Visa, глава банка А.Смоленский решил создать собственную локальную платежную систему. Со временем недоразумение с Visa разрешилось – решение о приеме «Столичного» было принято. Для этого в Москву специально прилетал вице-президент Visa CEMEA Алан Гослар. Но механизм был уже запущен, и STB CARD начала жить своей жизнью.

В то время, наверное, ни сам Смоленский, ни представители Visa, да и никто другой не мог даже предположить, что в России существует такая широкая ниша для локальных платежных систем. Случай, произошедший с банком «Столичный» при попытке вступления в Visa, не был каким-то исключением. В начале 1990 годов международные платежные системы, прежде всего Visa и Eurocard (после 1992г. – Europay)1, не отличались лояльным отношением к российским банкам. Новых членов в свои ряды платежные системы принимали избирательно, и процедура эта занимала немало времени.

Тем не менее многие банки уже понимали, что использование карточных технологий может стать серьезным конкурентным преимуществом. Сталкиваясь со сложностями вступления в международные платежные системы, они затевали собственные карточные проекты. Так, за короткий период в России появилось несколько крупных локальных платежных систем: STB CARD, Union Card, «Золотая Корона», Optimum Card, Universal и т.д.

Практически сразу такие платежные системы становились открытыми для участия в них многих банков. Расчет создателей всех этих систем полностью оправдался: средние и мелкие банки, для большинства из которых путь в международные платежные системы в силу предъявлявшихся этими системами требований был закрыт, активно участвовали в национальных проектах и занимались эмиссией и обслуживанием локальных карт. 

Первые задачи

К моменту моего появления в компании «СТБ КАРД» ее история и история платежной системы STB CARD уже насчитывали больше года. За этот период было выпущено несколько десятков тысяч карточек STB, установлено полтора десятка банкоматов InterBold 47812, банк обслуживал карты в нескольких десятках торговых точек. Однако, несмотря на все достижения, «СТБ КАРД» к тому моменту все еще находилась в самой начальной стадии своего развития. Даже для начала 1990-х годов по объемам эмиссии и по сети приема проект не ушел слишком далеко от масштабов пилота.

Развитие инфраструктуры приема карт на тот момент было для «СТБ КАРД» делом дорогостоящим, но критичным для развития платежной системы. Достаточно сказать, что каждый банкомат в то время подключался к процессинговому центру по выделенному каналу связи. Сами банкоматы, которые закупал банк «Столичный» у компании IBM, стоили около 30 тыс. долл. США каждый. Подключение по выделенному каналу еще больше увеличивало затраты на организацию и работу банкоматной сети. Ввиду этого развитием сети передачи данных как необходимым элементом развития карточной инфраструктуры пришлось заниматься в первую очередь. По этому поводу осталось много воспоминаний. Но факт состоит в том, что в 1995–1996 гг. у банка и «СТБ КАРД» появилась приличная корпоративная сеть передачи данных. Помимо стратегических вопросов развития системы, приходилось решать и многочисленные тактические задачи, требующие безотлагательных действий. С одной из таких задач пришлось столкнуться практически сразу после прихода в «СТБ КАРД». Она была связана с организацией проверки ПИН-кода в процессинговом центре. Дело в том, что тогда ПИН-код в банкоматах STB CARD проверялся непосредственно в самих устройствах, где для этого хранились, ни много ни мало, ключи для генерации/верификации ПИН-кодов карт банка «Столичный». Такая схема организации работы была далеко небезопасной. Компрометация ключа на одном устройстве могла привести к компрометации значительного количества карт. Поэтому вопрос переноса процедуры проверки ПИН-кода в процессинговый центр был жизненно важным с точки зрения обеспечения безопасности всей платежной системы.

Еще одна задача, которая также требовала безотлагательных действий, была связана с тем, что в систему STB CARD уже в то время входил не только банк «Столичный», но и другие банки, а системы защищенного документооборота для них не существовало. Для передачи данных нами была организована собственная криптосеть со своим центром сертификации. Все участники криптосети могли обмениваться друг с другом информацией. При этом криптосеть гарантировала конфиденциальность и целостность передаваемой информации, а также надежную аутентификацию ее источника. Кроме того, были разработаны четкие алгоритмы разрешения любых диспутов, которые могли возникнуть между участниками криптосети. Компания «СТБ КАРД» стала абсолютным пионером в области построения системы защищенного документооборота в российском карточном бизнесе. Аналоги организационно-юридических и технических решений, внедренных в то время в СТБ, впоследствии использовались практически во всех локальных платежных системах, которые создавались в нашей стране.

В поисках технологического оптимума

C позиции сегодняшнего дня можно говорить о том, что в то время одной из основных проблем технологического развития «СТБ КАРД», как это ни странно, стало то, что с самого начала этот проект с технической стороны курировался компанией IBM. Знаний о том, как строить систему масштаба STB CARD, не было в то время у нас в стране ни у кого. Почерпнуть какие-то знания также было неоткуда, а в IBM могли помочь найти хоть какие-то ответы на вопросы, неизбежно появляющиеся при построении систем такого уровня. Неудивительно, что в результате такого общения все оборудование, поставлявшееся в «СТБ КАРД», было произведено в IBM.

Программное решение, которое было приобретено по рекомендации IBM для работы процессингового центра и платежной системы, называлось ITM 400. Разработчиком выступила американская компания Arkansas Systems. Работало это решение, конечно же, на машинах IBM – AS/400. На практике оказалось, что на момент приобретения решения у Arkansas Systems последнее предназначалось только для обслуживания операций одного банка. Мультибанковская версия программного обеспечения создавалась в компании буквально на ходу под заказ «СТБ КАРД». Немудрено, что в результате «СТБ КАРД» получила новую, неапробированную разработку с огромным количеством ошибок. За год эксплуатации этого программного обеспечения было выявлено более 1000 ошибок разной степени критичности! Да и сама аппаратно-программная платформа AS/400 не предназначалась для обработки операций в реальном масштабе времени (т. н. OLTPприложений). Например, компьютер AS/400 того времени по факту наступления некоторых непрогнозируемых событий (например, при повышенной загрузке компьютера) мог «уйти» на перезагрузку (IPL), длящуюся пару-тройку часов.

При этом не стоит и говорить о том, что обработка карточных транзакций в системе на это время останавливалась. Еще одна проблема с AS/400 возникала из-за необходимости использования для обработки некоторых операций специальных «родных» для техники IBM криптопроцессоров. Мало того, что поставки этих криптопроцессоров из США в Россию были строго контролируемы (для их приобретения требовалось специальное разрешение госдепа США), они еще и ломались. Криптопроцессоры устанавливались непосредственно на системной шине компьютера, что делало их замену непростой задачей. Однажды, когда криптографичеcкий модуль начал сбоить, мы ощутили все связанные с этим событием «прелести».

В результате этого сбоя некоторое время операции по карточкам в банкоматах банков, работавших через центр STB, проходили вообще без проверки ПИН-кода. Это продолжалось пару дней. Теперь об этом можно рассказать с улыбкой. Но тогда нервотрепка была приличная. Мне она запомнилась на всю жизнь. В общем, несмотря на то что архитектура информационной системы «СТБ КАРД» и была построена на «брендовых» составляющих, работала она «со скрипом». В полной мере она не соответствовала ни одному критерию, которые предъявляются к системам такого рода: масштабируемости, стандартности, развиваемости и безопасности. На то, чтобы полностью осознать, что в существующей конфигурации с такой системой невозможно будет развиваться, потребовалось время. Одним из своих главных результатов работы в «СТБ КАРД» я считаю то, что мы нашли и достаточно быстро внедрили новое решение, которое в дальнейшем позволило банку в течение почти 15 лет не думать о проблемах процессинга карточных операций. Выбранная нами новая платформа без преувеличения была (да, пожалуй, и остается) лучшим решением в индустрии пластиковых карт. Называется решение BASE24, а его производителем является компания ACI (Applied Communications Inc.). Функционировало данное решение на самых надежных компьютерах того времени – компьютерах Himalaya компании Tandem Computers3. Достаточно сказать, что эти компьютеры широко использовались в Министерстве обороны США, а также в системах управления авиационными полетами.Внедрение BASE24 и компьютеров Tandem началось в начале 1996 г. После того как система была запущена в эксплуатацию, процессинговый центр STB был признан лучшим на территории России и бывшего СССР всеми платежными системами, и оставался таким до самого последнего времени.

Миграция с платформы ITM/400 на решение BASE24 началась с того, что мы организовали между решениями межхостовое соединение. В соответствии с требованиями бизнеса, первая функция, реализованная на BASE24, заключалась в организации интерфейса с процессингом American Express для принятия карточек этой платежной системы в банкоматах тогда уже банка СБС-АГРО. А к концу 1996г. начали плавную миграцию на новую платформу, которую выполнили за 9 месяцев. При этом работа STB не останавливалась ни на секунду. Между прочим, к тому моменту общий парк банкоматов, подключенных к STB, составлял около 700–800 устройств, в системе обслуживалось более 1,5 млн. карт, и система могла обслуживать до 15 транзакций в секунду! 


Экспансия системы

За первый год-полтора своего развития платежная система STB CARD имела около двух десятков банков-участников. Среди первых участников системы были такие крепкие в то время банки, как банк «Российский Кредит», Элекс-банк и другие. Фундаментальным шагом в развитии системы стало вступление в нее Московского банка Сбербанка РФ. Если не принимать во внимание сам банк «Столичный», то Московский банк Сбербанка РФ был самым крупным эмитентом среди всех остальных участников платежной системы. Всего до момента выхода из системы после кризиса 1998 г. Московский банк Сбербанка РФ выпустил около 100 тыс. карточек STB. Конечно, на фоне эмитированных к тому времени банком «Столичный» 1,5 миллиона карт этот объем, может быть, и не был значимой величиной. Но у Сбербанка была самая большая филиальная сеть в столице, и во всех отделениях банка выполнялась выдача наличных по картам STB. Очевидно, такой участник оказывал серьезную поддержку имиджу и работе всей системы.

«СТБ КАРД» осуществляла также и производство карточек. В 1995г. у нас был самый мощный в стране центр персонализации карт, позволявший при односменной работе производить в день порядка 5 тыс. эмбоссированных карт с цветными фотографиями. В 1996г. была приобретена вторая машина DC9000, и центр персонализации заработал в две смены. Банки имели возможность получать от «СТБ КАРД» как уже персонализированные карточки, так и данные для изготовления своих карт на своем собственном персонализационном оборудовании. Цены на карточки STB были гораздо ниже цен на карты Visa или MasterCard. Банкам наши карты «под ключ» обходились примерно в 0,8 долл. за штуку. Низкая цена на карты, скромные межбанковские комиссии и невысокие издержки, связанные с вступлением и работой банков в системе STB CARD, делали карты STB достаточно интересным инструментом для широкого круга банков. Именно поэтому к 1996г. в системе STB CARD было более сотни банков.

Вместе с развитием сети обслуживания карт внутри страны шла работа и по организации присутствия STB CARD за рубежом. Сейчас, оглядываясь назад, становится ясно, что все подобные попытки с коммерческой точки зрения были обречены на неудачу. Но в то время зарубежным проектам уделялось серьезное внимание. Все эти проекты были нацелены на российских граждан, посещающих такие распространенные страны, как Израиль, Турция и ОАЭ. С технической стороны, мы с коллегами обеспечивали надежную базу для подобных проектов. Но, когда дело касалось бизнеса, выяснялось, что его-то в этих проектах и не хватает.

Самым первым выходом STB CARD за рубеж стало сотрудничество с израильским банком Hapoalim, начавшееся в 1995 г. Hapoalim являлся самым крупным розничным банком в Израиле с обширной филиальной сетью. Во всех банкоматах этого банка был организован прием карточек STB. Расчет делался на наших соотечественников, ездивших в Израиль. Предполагалось, что карточками будут активно пользоваться не только туристы, но и те, кто уезжал в Израиль на постоянное место жительства.

Вторым по счету иностранным проектом STB CARD стала работа по организации приема карточек в банкоматной сети Национального банка Дубаи. В данном случае расчет делался на «челноков», ведь ОАЭ были в то время одним из самых популярных направлений «челночного» бизнеса. Оба эти проекта проработали недолго – сотрудничество с банком Hapoalim длилось примерно год, а с дубайским банком – около двух лет.

Еще один проект, который также находился в проработке, – организация приема карточек в турецком банке Yapi ve Kredi Bankasi A.S. Идея была примерно та же, что и с Национальным банком Дубаи. Турция была одним из самых популярных зарубежных направлений, как в плане туризма и отдыха, так и в плане «челночной» торговли. И мы хотели организовать прямые расчеты с этим банком не через международные системы, а через STB CARD, чтобы уменьшить комиссии, связанные с проведением транзакций по международным картам. Но до реализации планов по работе с турецким банком дело так и не дошло. Немного более успешным стал опыт работы STB CARD у наших ближайших соседей. В 2001 г. STB CARD приступила к сотрудничеству с украинским ПриватБанком, который является крупнейшим розничным банком на Украине с самой мощной банкоматной сетью в этой стране. Кроме того, этот банк, в лице своего дочернего российского банка – Москомприватбанка – обладал достаточно значительной банкоматной сетью и в России. С точки зрения коммерческого потенциала это сотрудничество обещало быть гораздо успешнее, чем попытки наладить работу с банками из дальнего зарубежья.

Дело в том, что среди владельцев карты STB было достаточно много тех, кто или был гражданином Украины, или часто ездил в эту бывшую республику СССР. Когда мы «включили» интерфейс с ПриватБанком, первые транзакции по картам STB стали появляться уже через несколько секунд. Причем они поступали из различных регионов Украины: Запорожья, Днепропетровска и так далее. Интерфейс с ПриватБанком проработал несколько лет и после покупки группы Смоленского. Однако, поскольку крупнейший банк группы – Росбанк отказался от эмиссии карт STB и эмиссионная база STB сжималась как шагреневая кожа, интерес к проекту был потерян с обеих сторон. Следует отметить, что карты STB не только принимались за рубежом, но и эмитировались зарубежными банками. В частности, эмитентами карт STB являлись банки в Таджикистане, Узбекистане, Латвии, Македонии и Чехии.

Под несколькими брендами

Бурное развитие локальных платежных систем не могло долго оставаться без внимания представителей Visa и Eurocard/ MasterCard. В свою очередь, локальные российские платежные системы не зря стремились выйти за территориальные границы своей родной страны. Уже в середине 1990-х годов стало понятно, что дешевизна локальных карточек не всегда способна компенсировать преимущества международных платежных систем, карты которых принимались по всему миру. Поэтому примерно с 1995 г. начался процесс поиска возможностей по интеграции преимуществ международных и локальных платежных систем в едином продукте. STB CARD стала одним из пионеров в этой области.

В 1995 г. «Столичный банк сбережений»4 (так с 14 декабря 1994г. стал называться банк «Столичный») выпустил совместную карту STB Cirrus/Maestro. Позже, в 2000г., STB CARD запустила совместный проект с Europay по приему чиповых карт. Банк «ОРС», работавший через СТБ, стал первым российским банком, приступившим к обслуживанию в POS-терминалах микропроцессорных карт. 


Пионеры электронной коммерции

Конец 1990-х годов ознаменовался бурным развитием в мире электронной коммерции. И банки не могли оставаться в стороне, справедливо считая, что карты являются наиболее удобным, а иногда и единственным инструментом расчетов за онлайновые покупки. Была лишь одна проблема с использованием карт. Транзакции электронной коммерции были весьма небезопасными. Действительно, чтобы успешно выполнить операцию, нужно было знать только номер карты и срок ее действия! Получить такую информацию для мошенников труда не составляло. Поэтому уровень мошенничества в самом начале развития этого вида платежей достигал 1–2% от оборота по картам! Платежные системы, понимая интерес банков к электронной коммерции и одновременно понимая опасность, таившуюся в этом способе платежей, действовали весьма интересно. Они не запретили операции электронной коммерции, но перенесли всю ответственность за мошенничество по таким операциям на наиболее заинтересованного участника платежа в рамках платежной системы – на обслуживающий банк!

Параллельно с этим платежные системы приступили к разработке безопасных протоколов выполнения операций онлайновых платежей. В начале истории электронной коммерции повсеместно использовался протокол SSL, позволявший установить защищенное соединение между персоналкой и сервером Интернет-магазина. Такое соединение позволяло обеспечить конфиденциальность передаваемых торговой точке данных (в частности, реквизитов карты), а также аутентифицировать торговое предприятие по его URL (в сертификате сервера торгового предприятия имеется поле Common Name, и если его значение не совпадало с доменным именем сервера в URL торгового предприятия, то браузер компьютера покупателя ругался, на что, кстати, покупатель не всегда реагировал). Другими словами, протокол SSL мало чем помогал бороться с карточным фродом, а потому специалисты прозвали его «лучше, чем ничего».

Еще в 1996г. платежные системы Visa и MasterCard в сотрудничестве с такими компаниями, как Microsoft, GTE, IBM, Netscape, RSA и VeriSign, приступили к разработке и внедрению специального протокола для проведения транзакций в незащищенных сетях. Такой протокол получил название SET – Secure Electronic Transaction.

Данный протокол предполагал использование сертификатов отрытых ключей и алгоритмов асимметричного шифрования (точнее, RSA). Протокол удовлетворял всем требованиям платежных систем, обеспечивая:

• взаимную аутентификацию всех участников онлайновой покупки, включая покупателя, торговое предприятие и обслуживающий его банк;

• конфиденциальность данных карты для торгового предприятия;

• невозможность участникам операции (и особенно покупателю) отказаться от выполненной операции.

Однако решения для протокола SET, появившиеся на рынке от многочисленных поставщиков, оказались дорогими для банков и предприятий электронной коммерции, а также весьма тяжелыми для внедрения. В результате, SET в качестве официального стандарта международных платежных систем для расчетов по банковским картам в электронной коммерции продержался недолго. Окончательно международные платежные системы отказались от него примерно к 2001г. В России SET так и не начал широко использоваться: было всего несколько попыток его внедрения (ТрансКредитКарта, банк «Олимпийский» и Альфа-Банк).

Разговоры о том, что международные платежные системы вынуждены будут отказаться от этого протокола, начались еще раньше, причем об этом в неформальных беседах мне говорили представители Visa и MasterCard.

И Visa и MasterCard предложили свои собственные альтернативы протоколу SET: у Visa новая разработка называлась 3D Secure, а у MasterCard – SPA UCAF. К моменту окончательного отказа от SET в России уровень развития электронной коммерции был уже относительно высок, и игнорировать возможности, связанные с использованием банковских карт, было бы неразумно. Поэтому мы в рамках системы STB CARD разработали собственный протокол выполнения операций электронной коммерции по банковским картам. Предложенная нами технология получила название PIN2. Наша разработка позволяла обеспечить достаточно высокий уровень защищенности операций при невысокой стоимости и удобстве использования.

Решение получилось весьма надежным и востребованным. По своей сути оно напоминало технологию SPA UCAF, которая была анонсирована MasterCard5 спустя некоторое время после появления технологии PIN2. Но нам удалось реализовать даже более простую для пользователя процедуру, чем SPA UCAF.

О нашем решении мы рассказывали представителям международных платежных систем. Помню, что оно было оценено положительно. Но к тому времени платежные системы уже приняли стратегическое решение о развитии своих альтернатив протоколу SET. Поэтому дальше доброжелательных отзывов со стороны представителей международной системы дело не двинулось.

Технология PIN2, продвигаемая STB CARD, была очень популярной в начале 2000-х. Количество транзакций с использованием PIN2 доходило до 15–20 тыс. в день. Практически все банки-участники STB использовали эту технологию. С ней работали все крупные игроки рынка электронной коммерции, такие как Интернет-магазин Ozon, система онлайновых платежей Assist. При этом не было зафиксировано ни одного случая мошенничества при использовании данной технологии.

Стоимость использования нашего решения для торговых точек была практически нулевая. Все, что требовалось магазину, – это подключиться к Assist, который поставлял для этих целей стандартные интерфейсы.

Сегодня, с уходом с рынка карт STB, технология PIN2 используется для аутентификации держателя карты в системе Интернет-банка Росбанка.

Заложник интереса

На протяжении всей своей истории динамика развития платежной системы STB CARD оказалась напрямую зависимой от того уровня интереса, который проявлял к ней собственник. Период активного развития STB CARD пришелся на 1992–1995гг. При этом, как мне кажется, пик интереса со стороны собственников банка пришелся, пожалуй, на 1994 г. Именно тогда система получила мощнейший импульс для своего развития. После того как в 1996г. Александр Смоленский приобрел контрольный пакет обанкротившегося Агропромбанка, а банк «Столичный»6 превратился в «СБС-Агро», интерес к платежной системе резко пошел на убыль, и работа по целенаправленному привлечению банков в платежную систему затормозилась.

Перед собственниками и менеджментом «СБС-Агро» в тот момент встала новая масштабная задача. Колоссальная филиальная сеть, доставшаяся в наследство от Агропромбанка, в которую входило около 1300 отделений, требовала очень больших финансовых инвестиций и усилий для ее развития. В этих условиях на платежную систему требующихся для ее развития сил не оставалось. Поэтому, можно сказать, что с 1996 г. и до 1998 г. внимания развитию платежной системы STB CARD со стороны собственников группы «СБС-Агро» уделялось мало.

Вновь интерес к STB CARD появился только после кризиса 1998 г. Тогда масштабы банковского бизнеса «СБС-Агро» резко сократились, а через некоторое время банк развалился на многочисленные общества взаимного кредитования. Коренным образом изменилась структура банковского рынка. Рухнули гиганты (или, как их тогда называли, системообразующие банки) вроде СБС-АГРО, Мост-Банка, Онэксим-банка. При этом приобрели силу и вес ранее ничего не представлявшие собой банки. Появились совсем новые банки. Все оставшиеся на плаву банки искали возможность работы с картами. В то же время международные платежные системы относились к вступлению в них новых участников с еще большей осторожностью. Поэтому STB CARD оказалась в этот момент очень даже востребованной системой.

Здесь нужно отметить, что значительную помощь развитию STB оказала идея создания НКО «Объединенная Расчетная система», ставшего расчетным банком системы. Идея того, что расчеты между банками выполняются через организацию, которая не может производить кредитные операции, способствовала повышению доверия к системе и была по достоинству оценена участниками системы STB CARD. Конечно, система STB CARD тоже пострадала от кризиса. Рухнул крупнейший банк системы, являвшийся к тому же расчетным банком. Из платежной системы вышли некоторые банки, в том числе и Московский банк Сбербанка РФ. Но в то же время многие средние и мелкие банки, устоявшие в период кризиса, стали активно искать возможность работы с карточками. Тогда работа с международными карточками через наш процессинг могла осуществляться либо через банк «Первое ОВК», либо через небанковскую кредитную организацию «Объединенная расчетная система» (ОРС), которая имела статус принципиального члена в Visa и MasterCard. Через эти две кредитные организации банки имели возможность заниматься и эмиссией и эквайрингом международных карт в качестве, соответственно, ассоциированного или аффилированного члена. Кроме того, банкам предлагалась возможность работать и с картами STB. И банки охотно работали с нашей локальной картой, поскольку для многих зарплатных проектов она была оптимальной по многим параметрам.

Привлекательность STB повышалась благодаря тому, что после кризиса у банка СБС-Агро высвободилось значительное количество банкоматов, которые мы предлагали в аренду банкам-участникам STB CARD. Для банков, вступавших в STB, такое предложение было крайне привлекательным, ведь они в одном пакете получали и услуги процесинга, и готовую инфраструктуру для обслуживания держателей своих карточек. Резюмируя сказанное выше, можно сделать вывод о том, что период с 1999г. по 2003 г. стал для платежной системы STB CARD и ее процессингового центра периодом второго рождения. На это время пришлось много новых разработок, интересных проектов.

В 2003г. ситуация коренным образом изменилась. Вместе с банками группы ОВК платежная система STB и процессинговый центр были приобретены ФПГ «Интеррос» и вошли в группу компаний «Росбанка». Масштабы бизнеса наших компаний не были интересны новым собственникам. Росбанк так и не приступил к эмиссии карт STB. В результате сокращения эмиссии началось сворачивание сети приема карт STB. Система STB CARD медленно, но верно начала угасать. Процессинг СТБ после продажи был объединен с процессингом компании UCS и впоследствии был полностью переведен под этот бренд. Произошло это в начале 2004 г.

Но, несмотря на все произошедшие трансформации, STB CARD существует до сих пор. Сейчас идет трансформация платежной системы в межбанковскую ассоциацию, поддерживающую общую сеть приема карт международных платежных систем на специальных условиях ассоциации. 


Такие разные и одновременно похожие

Из многочисленных российских платежных систем по масштабам деятельности с STB в России могли сравниться только Union Card и «Золотая Корона». Позже аналогичных масштабов деятельности достигла и система СБЕРКАРТ, но до ноября 2006г. эта система была монобанковской. Все национальные платежные системы создавались приблизительно в одно время. Но каждая система была уникальна с идеологической и технологической точки зрения.

Система STB CARD по принципам, лежавшим в ее основе, отличалась от Union Card и «Золотой Короны». Александр Смоленский, а он был главным идеологом системы, исходил из принципа использования только апробированных и стандартных решений. Поэтому нам не приходилось «изобретать велосипед» и что-то разрабатывать «на коленке», как делали наши коллеги по «цеху». Конечно, для этого требовались гораздо большие первоначальные вложения, чем при самостоятельных разработках. Но это позволяло и развиваться гораздо быстрее, и в определенной степени защищало от совершения значительного количества серьезных ошибок.

Все крупнейшие локальные платежные системы, хоть и отличались друг от друга идеологией и технической реализацией, сталкивались с одними и теми же проблемами. По мере развития рынка, особенно после 1998г., локальные платежные системы стали все острее чувствовать конкуренцию со стороны международных платежных систем.

Конкуренты или союзники?

Основным препятствием для становления STB в качестве действительно национальной платежной системы было ее «происхождение». Для того чтобы участие в платежной системе было интересно широкому кругу игроков, необходимо, чтобы у ее истоков стояла структура, равноудаленная по отношению к банкам-участникам. Например, такой структурой может быть ассоциация крупных банков, обеспечивающая баланс интересов всех участников ассоциации, как крупных, так и не очень, а также делающая бизнес в рамках ассоциации для всех привлекательным (размер и устойчивость бизнеса банков ассоциации настолько значительны, что вступление в ассоциацию интересно многим другим банкам).

Примерно таким образом происходило в тех странах, где были созданы и успешно функционировали свои локальные платежные системы (например, во Франции, Великобритании, Бельгии и т.п.). Система STB CARD зарождалась и контролировалась крупным игроком на банковском рынке, и поэтому она, просто по факту своего происхождения, воспринималась другими банками как структура этого игрока, решающая в первую очередь задачи своего учредителя. Верно и обратное. Будучи контролируемой крупным игроком рынка, система принципиально не могла быть нейтральной ко всем своим участникам.

Вообще, в России инициаторами всех наиболее значимых локальных платежных систем были крупные банки-одиночки. В начале 1990-х годов, когда стали появляться первые российские локальные системы, крупным банкам было очень сложно объединиться и сделать что-то сообща. Практически у каждого, даже среднего или небольшого банка, были свои весомые амбиции. Не говоря уже о наиболее крупных кредитных организациях! Кроме того, после кризиса 1998 г. начался прессинг банков-участников локальных систем со стороны международных платежных систем, финансовые ресурсы которых были несоизмеримы с ресурсами локальных систем. Стало ясно, что для того чтобы выжить, локальным платежным системам необходимо объединяться. Практические шаги по поиску вариантов сотрудничества с другими платежными системами начали предприниматься после кризиса 1998г.

Было очевидно, что для того чтобы локальная карточка была привлекательна для клиентов российских банков, нужно создать распределенную по всей стране и объемную по своим размерам инфраструктуру приема такой карточки. Со стороны СТБ было сделано несколько шагов в этом направлении. Впервые к этому вопросу мы серьезно подошли около 1999 г. К тому времени и STB CARD, и Union Card удалось справиться с последствиями кризиса, и нужно было задумываться о дальнейшем развитии. Когда мы начали прорабатывать вариант сотрудничества с Union Card, то обсуждалась даже идея создания единой платежной системы. Но решили начинать с малого – с объединения сетей приема карт.

К тому времени и Visa и MasterCard в открытую признавали наличие конкуренции с локальными платежными системами. Существенным преимуществом локальных систем в то время оставалась стоимость продукта, что успешно использовалось в многочисленных зарплатных проектах, где международные карты очевидно уступали локальным, но куда они очень хотели пробиться. Вспомним, что в то время 95–97% всех карт были зарплатными. Договориться о сотрудничестве с Union Card удалось достаточно быстро. С Никитой и Федором Наумовыми, стоявшими у руля этой системы, у нас к тому времени сложились искренние приятельские отношения. Цель, которая преследовалась нами при объединении инфраструктур приема карт, одинаково понималась обеими сторонами.

В результате подписания соглашения между STB CARD и Union Card общая сеть обслуживания карточек этих двух сетей стала насчитывать более 3,5 тыс. банкоматов и 26 тыс. торговых точек7. Аналогичные попытки сотрудничества предпринимались и в отношении «Золотой Короны» и СБЕРКАРТ. Мы встречались с собственником системы «Золотая Корона» и ее директорами. Интерес к объединению с их стороны, как мне кажется, присутствовал. Вначале предполагалось действовать по примеру работы с Union Card. Для «Золотой Короны», которая достаточно слабо присутствовала в крупных городах европейской части России, это был бы шаг, который существенно расширил сеть приема карт этой системы. Но в результате переговоры практическими шагами не завершились. Может быть, не хватило времени.

Другими важными шагами для расширения сети приема карт STB стал договор с компанией UCS по приему в терминалах этой сети карт STB, а также уже упоминавшееся ранее сотрудничество с ПриватБанком на Украине. Огладываясь еще раз назад, могу сказать, что локальные платежные системы, несомненно, имеют право на существование, занимая свое место на рынке пластиковых карт. Международные платежные системы являются универсальными. Правила использования карт в различных странах и регионах в этих платежных системах, по большей части, также универсальны. А, как известно, за любую универсальность приходится платить! И эта плата заключается как раз в меньшей адаптированности операционных правил и тарифов международных платежных систем к условиям конкретного рынка. Я думаю, что в России все еще остается высокий шанс построения национальной платежной системы, поскольку для этого существуют понятные рыночные причины.

В заключение я хотел бы подчеркнуть, что успехи STB – результат сплоченной работы всего коллектива компании. Но среди прочих хотелось бы особенно выделить людей, внесших весьма значительный вклад в развитие этой системы. К таким специалистам я в первую очередь отношу Е. Г. Соловьева, С. Л. Барковского, О. Н. Панкову, О. В. Грачева, А. Н. Грачева, О. И.Тишакова, Г. И. Васильеву. Наконец, безусловно, нужно отдать должное собственнику системы – А. П.Смоленскому. Без его ясного понимания целей и задач системы, без весьма серьезных инвестиций в развитие системы ничего бы не произошло. Долгое время решения собственника по СТБ проводились его «правой рукой», зам. пред. правления «СБС-АГРО» А. В.Лыковым. Его вклад в становление и развитие «СТБ КАРД» переоценить невозможно.

Есть еще категория людей бизнеса, принявших активное участие в развитии системы со стороны банков группы Смоленского. Иногда участие этих людей спасало систему от тяжелых потрясений. Среди них на первом месте стоят Д.Л.Климов (в то время председатель правления НКО «ОРС») и В.В.Першин (одно время руководивший СТБ в качестве генерального директора компании).


Комментарии (0):

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные Пользователи


Читайте в этом номере:
обновить

а вы знаете, что...

… в Китае в XXV веке до н.э., наряду с бартером, начинают развиваться денежные отношения? Роль "посредничающего" товара, который можно свободно обменять на любой другой, играют в основном ракушки каури, добываемые на близлежащих островах в Тихом океане. Со временем каури становятся основным платежным средством во всем Китае.