Google+
Журнал Плас Плас Журнал http://www.plusworld.ru/
ул. Кржижановского, д. 29, корп. 5 Москва, 117218 Россия
+7 495 961 1065 http://www.plusworld.ru/upload/templates/logo_plus_ru.png
RSS RSS RSS RSS

Илья Рябый о национальной платежной системе: интервью на тему дня

(Нет голосов)

06.04.2010 Количество просмотров 1255 просмотров

Проект Закона «О национальной платежной системе» в последнее время стал одной из самых активно обсуждаемых тем как в банковских кругах, так и в СМИ. Среди наиболее острых вопросов – роль международных платежных систем в процессе формирования НПС в целом и Национальной системы платежных карт (НСПК) в частности. Поделиться с читателями «ПЛАС» своим взглядом на эти и другие, не менее актуальные проблемы мы предложили Илье Рябому, главе Представительства MasterCard Worldwide в России.


ПЛАС: Какова, на ваш взгляд, основная проблема, которая мешает добиться сколько-нибудь значимого результата дискуссии, ведущейся в настоящее время вокруг создания НПС? Идет ли речь об отсутствии единого понимания задачи, четкой руководящей роли со стороны государства и др.? В настоящее время многочисленными участниками этой дискуссии предлагаются два сценария: первый предполагает создание на российском рынке новой регулирующей структуры, второй – создание еще одного игрока. Какой из них вам кажется наиболее предпочтительным и почему?

И. Рябый: Более предпочтительным представляется первый сценарий: и мне как игроку платежного рынка, и рынку в целом как месту приложения моих сил он предлагает переход на качественно новый уровень развития. Более того, законопроект в его существующем виде во многом этот сценарий и прописывает. Статьи 25–26 ФЗ «О национальной платежной системе» прямо говорят о том, что создается система – и управляющая этой системой структура, – которая увязывает в единое целое существующих игроков рынка. Новая структура призвана определить стратегическое направление развития системы, а также взять на себя функции регулирования и надзора, организовать клиринг и расчеты между ее участниками.

В таком виде система будет очень похожа на ту, которая была реализована в Гонконге. На территории этой страны работают три международные платежные системы – MasterCard, Visa и China UnionPay. В то же время ни Visa, ни MasterCard, ни CUP не занимаются непосредственными расчетами по внутригонконгским операциям с локальными банками – участниками этих систем. Расчетные позиции каждого из банков с каждой из этих платежных систем ежедневно сдаются в клиринговую палату HKICL (Hong Kong Interbank Clearing Limited) – совместное предприятие ЦБ Гонконга (HKMA – Hong Kong Monetary Authority) и Ассоциации гонконгских банков. Данная организация осуществляет межбанковский клиринг, определяет окончательные, финальные неттопозиции по каждому из участников и производит взаиморасчет между участниками день в день, используя систему RTGS (Real Time Gross Settlement) гонконгского ЦБ и, соответственно, резервные счета этих банков, которые там открыты. У данной схемы есть ряд преимуществ: во-первых, это скорость осуществления расчетов, во-вторых, это удобство для участников: у них нет необходимости открывать отдельные расчетные счета в различных банках для взаимодействия с каждой из платежных систем. Для сравнения – российскому банку, который вступает в MasterCard и Visa, сегодня необходимо открывать два различных расчетных счета для осуществления расчетов по внутрироссийским операциям: по MasterCard – в Сбербанке, по Visa – в ВТБ. У самого банка может и не быть никакой необходимости иметь счета в этих уважаемых институтах.

Но он вынужден их открывать и вести только ради того, чтобы взаимодействовать с платежной системой. В принципе, гораздо логичнее использовать с этой целью те счета, которые в любом случае открыты любым действующим банком в ЦБ РФ. Тем более что инновационная система RTGS, установленная в ЦБ, зарекомендовала себя в качестве надежного и эффективного решения. Еще одним преимуществом такой схемы является передача функции управления расчетными рисками тому, кто, по идее, и должен ее осуществлять, т. е. Центральному банку.

Пусть карточные операции являются одним из элементов, участвующих в расчете обязательных резервов. Пусть именно ЦБ гарантирует завершение расчетов в рамках национального расчетного цикла. В этом случае мы, платежная система MasterCard, перестанем включать объем внутрироссийских карточных операций в расчет размера страхового обеспечения банков-участников, в этом попросту не будет необходимости.

Но в своем нынешнем виде законопроект допускает и совсем иное прочтение.
В тексте документа мы видим фразу «при размещении на платежных картах знака обслуживания НСПК». И у меня сразу возникает вопрос, откуда взялся этот самый знак обслуживания НСПК и зачем он нужен? Я прекрасно понимаю, что присутствие этой фразы обоснованно, если речь идет о самостоятельном игроке платежного рынка. Например, есть игрок Visa и есть знак обслуживания Visa. Есть игрок MasterCard, у которого свой знак обслуживания. Значит, появится и игрок НСПК со своим знаком обслуживания? Но почему тогда в перечне функций оператора НСПК нет функции обработки операций, операционной работы? Совершенно непонятно, куда именно должен будет обратиться банк, если он захочет выпускать карты НСПК, на которых не будет логотипов Visa, MasterCard, «Золотой Короны», кого бы то ни было еще, то есть карты сугубо платежной системы НСПК. Кто эти карты физически выпустит, кто их обслужит? Кто будет рассчитывать операции по этим картам и кто возьмет ответственность за эти расчеты? Если допустить, что на все эти вопросы будут даны ответы, и если на рынке действительно появится новый участник, одним из наиболее важных моментов становится необходимость обеспечения для него равных с остальными участниками условий работы. Поддержка же этого игрока некими государственными преференциями не пойдет на пользу ни ему, ни рынку в целом. Да и тезис о защите интересов конечного пользователя, в нашем случае – держателя карты, который, как известно, платит за все, в условиях монополизма на рынке выглядит весьма сомнительно. Монополист на рынке – это ловушка. Ему нет нужды развиваться, бороться за клиента, обеспечивать качество услуг и двигаться, опережая конкурентов.
Впрочем, это все – прописные истины.
Можно, конечно, предположить, что знак обслуживания НСПК не предполагает создания такого самостоятельного игрока, что он может использоваться только совместно со знаком системы, вступившей в НСПК. Но тогда зачем вообще нужен этот новый знак обслуживания? То, что российским банкам придется понести немалые финансовые и временные затраты (не только стоимость самого пластика, но и расходы на перевыпуск, а также административные затраты), заменяя существующие карты на карты с дополнительным логотипом (более 120 миллионов карт – не шутка), – факт очевидный, но цель этого упражнения в таком случае для меня остается загадкой.

ПЛАС: Каким образом при создании НПС, по вашему мнению, должен быть соблюден паритет интересов международных платежных систем, на долю которых сегодня приходится до 90% российского карточного рынка, и российского государства?
И. Рябый: Можно выделить два основных положения данного законопроекта, которые в большей степени отражаются на операционной работе международных (в терминах законопроекта – трансграничных) платежных систем. Первое из них – это требование работать в России как российская компания, как российское юридическое лицо. Второе положение требует перенести весь процессинг внутрироссийских операций на территорию России, то есть сделать так, чтобы обработка внутренних операций проводилась на российской территории, не «уходя» за ее пределы.
Мы понимаем, зачем нужно первое требование. Становясь российским юридическим лицом, мы становимся частью национального процесса, становимся более прозрачными, понятными и «регулируемыми». И мы как платежная система MasterCard Int. готовы к выполнению этого требования, более того, не дожидаясь, когда оно будет окончательно сформулировано и утверждено. Мы уже запустили процесс регистрации юридического лица здесь, на территории Российской Федерации, поскольку воспринимаем Россию как приоритетный рынок.
Кстати, от себя добавлю, что лично мне очень не нравится, когда нас называют «иностранной» системой, противопоставляя нас системам «национальным».
Когда карта MasterCard, выпущенная Альфа-Банком, принимается в торговой точке, обслуживаемой Росбанком, когда операция по ней совершается в рублях, когда расчеты по этой операции осуществляются по счетам, открытым в Сбербанке и – естественно – в российской валюте, я не вижу ни одной причины называть нас иностранной платежной системой. Мы такие же участники российского рынка, как и все остальные.
Что же касается второго требования – необходимости осуществлять процессинг на территории России – то лично я не вижу серьезных объективных доводов в его пользу. Мы живем в коммерческом мире: процессинг должен осуществляться там, где это наиболее выгодно и эффективно.
В качестве примера можно привести подключение тех же самых банкоматов через публичную сеть. 99% банкоматов крепятся на IP-адресах. Что это означает? Транзакция российского банка, которая «прилетает» от банкомата к банку-эмитенту и обратно, «путешествует» через территорию США, Франции, Сингапура, Индии – то есть обрабатывается таким образом и в том месте, как и где это наиболее быстро и удобно в конкретный момент.
Замечу, что в России одно из самых прогрессивных законодательств по защите персональных данных. Вся информация, которая выходит за пределы государства, регулируется положениями этих законов. И MasterCard эти требования полностью соблюдает. Поэтому я не вижу смысла дублировать и усиливать это законодательство новыми требованиями «все оставить внутри страны».
Кроме того, необходимо отдавать себе отчет, что создание таких мощностей предполагает очень серьезные инвестиции. На сегодняшний момент MasterCard предпочитает вкладывать средства в развитие новых технологий: в бесконтактные платежи, чиповые технологии, системы социальных карт (проекты, аналогичные тому, который запущен на платформе MasterCard в Башкирии). В том же случае, если моим главным приоритетом становится срочное строительство процессингового центра на территории России, финансирование других проектов мне придется приостановить. Таким образом, выполнение данного требования лишит меня возможности инвестировать в то, во что, мне кажется, инвестировать было бы логичнее, а именно – в инновации и повышение качества сервиса.
Есть еще один важный аспект. Мы всегда и везде отталкиваемся от интересов конечного потребителя. Но заинтересован ли потребитель в том, чтобы его российские операции обслуживались в одном процессинговом центре, а его иностранные операции – в другом? Думаю, что нет. Ему важно иметь высокое качество сервиса независимо от того, где он пользуется своей картой.
Приведу пример. Если вы открываете счет в банке, хотите ли вы иметь возможность обслуживаться в любом отделении этого банка или только в том, где этот счет был физически открыт? Вопрос, понятно, риторический. Залог правильного ответа – существование централизованной базы данных, позволяющей предложить клиенту адекватный уровень сервиса вне зависимости от его конкретной географии. Банки, не имеющие на сегодняшний день таких баз, вкладывают колоссальные средства в свое техническое перевооружение. И в то же самое время разработчики закона об НПС пытаются децентрализовать базы международных платежных систем! Согласитесь, такой подход выглядит весьма нелогичным.
Но и это еще не все. Другой, не менее важной проблемой, связанной с децентрализацией баз данных, является снижение эффективности противодействия карточному мошенничеству. Наши модели предотвращения мошеннических операций работают по принципу нейронных сетей, благодаря чему способны к самообучению. Эти системы накапливают информацию и могут предсказывать, что и где может пойти «не так», на какие участки надо обращать больше внимания, где находятся точки максимальной уязвимости. Эффективность работы таких центров напрямую зависит от объема информации, которая в них поступает. Если мы эту информацию разобьем на кусочки, то эффективность работы отдельных «кусочков» будет падать в геометрической прогрессии, что невыгодно ни нам, ни потребителям, ни банкам.
Сегодня много говорится о превращении России в международный финансовый центр. Это большая задача, а закон о национальной платежной системе – один из наиболее серьезных инструментов ее реализации, и от его качества зависит очень и очень многое. Давайте отдадим себе отчет, что наша задача – интегрироваться в мировое сообщество, а не отгораживаться от него. Международными платежными системами за десятилетия работы накоплен гигантский опыт, которым они готовы щедро делиться – по крайней мере, в отношении нас, MasterCard, это утверждение абсолютно справедливо. Да, мы абсолютно коммерческая, прагматичная компания, но это только придает вес нашему выбору России в качестве своего глобального приоритета. И я убежден, что только объединив усилия, а не противопоставляя игроков рынка друг другу по месту их «происхождения», мы сможем добиться успеха.

Полный текст статьи читайте в журнале "ПЛАС" 2 (154) ’2010 сс. 3 - 5


Комментарии (0):

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные Пользователи


Читайте в этом номере:
обновить

а вы знаете, что...

… первые успешные проекты мобильных кошельков развились не на развитых рынках, и задолго до их появления в Европе или США – это были M-PESA в Кении а также Globe GCASH и SMART Money – на Филиппинах.