Google+
Журнал Плас Плас Журнал http://www.plusworld.ru/
ул. Кржижановского, д. 29, корп. 5 Москва, 117218 Россия
+7 495 961 1065 http://www.plusworld.ru/upload/templates/logo_plus_ru.png
RSS RSS RSS RSS

Необходим более широкий формат!

(Нет голосов)

26.09.2012 Количество просмотров 1273 просмотра

Андрей Грачев, независимый эксперт, комментирует статью Андрея Емелина «Основные задачи Национального платежного совета»1

Прежде всего следует отметить, что круг участников платежной экосистемы в России с принятием Закона «О Национальной платежной системе» заметно расширился за счет операторов сотовой связи, операторов электронных денег, торговых сетей и т.д. В результате банкам, платежным системам и всем этим вновь появившимся игрокам стало достаточно сложно находить баланс интересов. И если в данной ситуации Национальный платежный совет возьмет на себя функции координатора, то это было бы огромным шагом вперед.

Второй момент касается того, что сейчас в «платежном поле» страны действуют две организации с одинаковым названием. Не могу счесть это правильным, т.к. неизбежно будет возникать путаница, особенно в публикациях в СМИ. Тем не менее я надеюсь, что через какое-то время ситуация нормализуется – либо будет найдено взаимоприемлемое решение по названиям, либо участники рынка научатся четко различать эти два субъекта.

Если же говорить о целях и задачах Ассоциации «Национальный платежный совет», мы видим, что приоритет отдается задачам организации безналичного оборота, причем авторы документа делают явный упор на юридические аспекты проблемы. Вопросы технологий и бизнеса затрагиваются лишь попутно. Между тем хотелось бы подчеркнуть, что именно бизнес-вопросы должны быть в центре внимания ассоциации: целью любого бизнеса, как известно, является получение дохода, и если бизнесу что-либо невыгодно, то можно принимать какие угодно законы, как угодно стимулировать или поощрять их исполнение, но дело с места не сдвинется, и инвестиций в такую инициативу ожидать не стоит. Поэтому, с моей точки зрения, основной задачей ассоциации должно стать:
а) создание таких условий, когда бизнесу было бы выгодно «вкладываться» в развитие инфраструктуры;
б) нахождение баланса интересов для создания между участниками рынка синергетического взаимодействия вместо нездоровой конкуренции;
в) выработка рекомендованных бизнеспрактик.

Только на основе этих практик можно говорить о законодательных, технологических и иных аспектах. Ведь пока не решены главные вопросы, бессмысленно спорить о второстепенных.

Как известно, ТК122, созданный в ЦБ РФ, занимается процессами стандартизации. Было бы весьма полезно, если бы между НПС и ТК122 было налажено такое взаимодействие, когда ассоциация предоставляла бы упомянутые бизнес-практики, а ТК122 на их основе формировал бы соответствующие стандарты.

Приведем пример, касающийся процедуры возврата денежных средств за покупку в торговой точке. Сегодня каждый банк-эквайер производит данную операцию в соответствии со своими технологическими процедурами, и в результате покупатель может получить деньги на следующий день, а может через месяц. В последнем случае, особенно если карта не кредитная, но дебетовая и при этом выпущена в рамках зарплатного проекта с бюджетной структурой, желание пользоваться таким платежным инструментом у держателя будет отбито надолго. Несовершенна и практика возврата средств при блокировке карты, при сбоях в обслуживании – одна и та же сумма может блокироваться по три и по четыре раза. В условиях, когда нет четких прописанных механизмов разрешения подобных ситуаций, карта как безналичный платежный инструмент, по сути, дискредитируется.

Еще одна сторона медали – практика работы со случаями мошенничества. Здесь также необходимы четкие стандарты и процедуры, причем как в отношении механизмов предотвращения мошеннических операций, так и в отношении механизмов подтверждения проведенных платежей. Допустим, сейчас многие банки и провайдеры предлагают услугу оплаты жилищно-коммунальных услуг через Интернет. В некоторых случаях из-за ошибки клиента или операциониста денежные средства не доходят до получателя или отправляются ошибочному адресату. И в этом случае без наличия квитанции со штампом Сбербанка, к которой привыкли организации ЖКХ, будет достаточно сложно доказать, что вы добросовестный плательщик. Мало того, сама процедура коррекции платежа даже в Сбербанке заняла лично у меня длительное время. Такие процедуры также необходимо стандартизировать, гарантировав получение клиентом подтверждающих документов для операций в электронном виде, имеющих юридическую силу.Отношение к таким документам, как распечатанный чек, это вопрос бизнеспрактики, – ведь решен же был, в конце концов, вопрос с электронными авиабилетами для бухгалтерской отчетности.

Возвращаясь к теме мошенничества, затронутой в статье Андрея Емелина, отмечу, что сегодня она крайне актуальна с любой точки зрения – как с деловой, так и с юридической. Да, в этом направлении необходимо проводить разъяснительную работу, совершенствовать законодательство, стандартизировать технические решения, ибо если вовремя не принять мер к исправлению складывающейся сегодня ситуации, завтра она обернется форменным кошмаром – как для клиентов, так и для банков. Как свидетельствуют последние отчеты международных организаций, сегодня гибкость, изобретательность и оперативность действий мошенников на трансграничном уровне просто поразительна. Если не инвестировать в борьбу с этим явлением, оно будет только прогрессировать.

При этом банки сейчас находятся в двойственной ситуации – с одной стороны, им выгодны такие инвестиции, поскольку их задача – минимизировать риски для клиентов, равно как и собственные финансовые и репутационные риски. С другой стороны, они заинтересованы в том, чтобы не афишировать случаи мошенничества во избежание оттока клиентов. Поэтому, на мой взгляд, создание неких структур – рабочих групп или комитетов при НПС, где шел бы закрытый обмен информацией между участниками рынка на тему случаев мошенничества и практик их предотвращения, видится весьма нужным шагом. Ранее такой обмен шел в рамках АРЧЕ, однако теперь необходим более широкий формат, в связи с расширением круга участников платежной экосистемы и резким усложнением структуры цепочки платежей. Последнее особенно важно – ибо мошенники пользуются именно «стыками», слабыми звеньями этой цепочки.

Приведу сравнительно безобидный и простой пример из реальной практики. Не так давно международные платежные системы ввели функционал, позволяющий осуществлять межбанковские переводы средств с картсчетов. Функционал очень удобный и нужный как банкам, занимающимся кредитованием (банк получает еще один канал погашения с минимальными вложениями в инфраструктуру), так и клиентам (удобно платить с зарплатной карты одного банка за кредит, взятый в другом, инициировав перевод через интернет-банк). Естественно, что банки стимулировали клиентов пользоваться подобным сервисом через ДБО, минимизировав тарифы.

 И вот один любопытный студент обнаружил, что при курсе 40 рублей за 1 евро за счет погрешности округления суммы платежей 2 рубля 80 копеек и 2 рубля 90 копеек конверсируются в одну и ту же сумму 7 евроцентов, которая и списывается со счета его карты в евро. Дальше им была написана программа (скрипт для системы ДБО банка-получателя средств), инициирующая переводы по карте из другого банка. Так как никаких комиссий и ограничений на число транзакций в обоих банках не было, клиент успел заработать с помощью этой «кэш-машины» несколько десятков тысяч рублей, прежде чем эту активность обнаружили и остановили. Несколько сот тысяч транзакций прошли через платежную систему, которой банками было уплачено за авторизацию и клиринг гораздо больше, чем заработал студент (и эта сумма явилась прямым убытком банка). При этом клиент не нарушил никак положений своих договоров с обоими банками.

Вот характерный пример того, как можно воспользоваться упомянутым «стыком» нескольких систем только с использованием карт. А ведь есть еще и электронные деньги, и мобильные платежи, и конвергенция между этими системами будет только нарастать. Чтобы избежать подобных случаев, на мой взгляд, в ассоциации должен существовать отдельный рабочий орган, который бы собирал, анализировал и распространял информацию о подобных случаях, помогая оценивать риски, возникающие при внедрении новых сервисов, организуя эффективное взаимодействие и вырабатывая рекомендации для пресечения подобных схем. Это могло бы помочь нескольким различным системам более эффективно координировать свои методы противодействия мошенникам и защищать уязвимые места на «стыках».

1См. материал «Основные задачи Национального платежного совета», «ПЛАС» № 6/2012.


Комментарии (0):

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные Пользователи


Читайте в этом номере:
обновить

а вы знаете, что...

…первая система бесконтактной оплаты в мире была внедрена в США в 1997 г., она называлась Speedpass, использовалась на АЗС, а форм-фактором платежного инструмента был RFID-брелок для ключей автомобиля?