Google+
Журнал Плас Плас Журнал http://www.plusworld.ru/
ул. Кржижановского, д. 29, корп. 5 Москва, 117218 Россия
+7 495 961 1065 http://www.plusworld.ru/upload/templates/logo_plus_ru.png
RSS RSS RSS RSS

В сухом остатке. Тренды осени: немного солнца в холодной воде

(Нет голосов)

04.10.2016 Количество просмотров 1514 просмотров
Пазлы

Стоит ли ставить на моновендора? От кадровых чисток к кадровым наборам? Wincor Nixdorf и Diebold: 1+1=? «Склейки» как катализатор противодействия преступности? Что будет после «дна»?


По следам тендеров: чем опасна ставка на моновендора?
Начало осени оказалось богатым не только на сельскохозяйственный урожай, но и на события в индустрии.

Начнем с инициатив крупнейшего розничного банка страны. Такая расстановка приоритетов выбрана нами далеко не случайно – Сбербанк традиционно является своего рода лакмусовой бумагой, отражающей общее состояние рынка и его ключевые тренды. По данным экспертов, на фоне только закончившегося тендера на поставку карт и банкоматного тендера Сбербанк запустит этой осенью новый тендер – теперь уже на поставку POS-тер-миналов. Последний свидетельствует о наличии у розничного банка № 1 масштабных и весьма амбициозных планов по дальнейшему расширению своей и без того впечатляющей торгово-сервисной сети. При этом, по данным из неофициальных источников, в этот раз спектр лотов (типов оборудования) может быть изменен по сравнению с прошлогодним в пользу потребностей проектов, гарантированно приносящих визуализированный доход. Если эта информация достоверна, она может свидетельствовать об уходе Сбербанка от не самых актуальных на сегодняшний день и, соответственно, не слишком востребованных НИОКРов.

Характерно, что, по другим неофициальным данным, в тендере банка на поставку банкоматов рассматривается возможность определения одного-единственного победителя. С одной стороны, такой подход может обеспечить банку достаточно низкие итоговые расценки поставщиков – как на оборудование, так и на сервис. С другой стороны, в данной ситуации есть шанс наступить на прежние грабли – учитывая масштабы инфраструктуры Сбербанка и территориальные размеры страны, наличие единственного поставщика создает значительный риск того, что он не справится с текущими объемами и сроками исполнения задач как в разрезе поставок, так и в плане сервисной составляющей. Тем более, что, как показывает практика, сам факт «безальтернативности» поставщика зачастую в достаточно короткие сроки приводит к заметной потере качества и мобильности его услуг.

По мнению экспертов, нельзя забывать и о еще одном негативном последствии тендеров по выбору «монопоставщиков», проводимых «госбанками». Оставшиеся за их рамками компании будут вынуждены в короткие сроки оптимизировать свои штаты, поскольку, как известно, иных реальных источников получения дохода сегодня на рынке для них просто не существует. Это, в свою очередь, повлечет за собой сокращение представленных ими на рынке продуктовых линеек со всеми вытекающими последствиями в виде сужения возможностей для выбора оборудования банками и т. д. Примером здесь может послужить российский авторынок – та же Honda перевела своих дилеров на предо-плату, в результате чего даже в шоу-румах сегодня нельзя увидеть всех моделей, поставляемых в Россию этим производителем. Не хотелось бы, чтобы банки оказались в незавидной роли покупателей японских автомобилей.

Рубль

Кадровая политика – от чисток к наборам?
Еще одной важной тенденцией последних месяцев является меняющаяся кадровая политика участников рынка. Так, например, несмотря на то, что штат того же «Сбертеха», по некоторым оценкам, насчитывает сегодня уже порядка 15 тыс. специалистов, что делает его крупнейшей ИТ-компанией в РФ, по информации некоторых экспертов, Сбербанк планирует в ближайшее время пригласить сюда еще порядка 3 тыс. сотрудников. Как известно, Сбербанк является сегодня одной из немногих российских структур, способных выплачивать приличную зарплату, и ему нетрудно будет набрать нужное количество нужных специалистов. На этом фоне возникает вполне логичный вопрос – откуда именно банк планирует перенаправить необходимый для этого объем денежных ресурсов? Пойдет ли речь о сокращении закупок оборудования и ПО у поставщиков либо использования услуг ИТ-интеграторов? Ответа на этот вопрос, так или иначе волнующий очень многих участников рынка, пока нет.

Зато налицо завершение периода массовых увольнений банковских сотрудников. Судя по всему, процесс «оптимизации штата», сопряженный с неизбежными «чистками», большинством крупных банков уже завершен. И сейчас мы становимся свидетелями обратного ему процесса набора высококвалифицированных профессионалов. Аналогичную кадровую политику проводят сегодня и иностранные вендоры, длительное время занимавшие выжидательную позицию. Сегодня они ведут активный набор персонала, ориентированного на развитие бизнеса. Такая позиция обусловлена и необходимостью наличия локальной сборки, которая сегодня становится одним из обязательных условий банковских тендеров – кстати, в полном соответствии с новыми требованиями российского законодательства.


Процесс «оптимизации штата», сопряженный с неизбежными «чистками», большинством крупных банков уже завершен


Справедливости ради стоит отметить, что известные заявления главы правительства Дмитрия Медведева о том, что закон запретит закупать импортный софт при наличии на рынке аналогичных по своему функционалу отечественных решений, вызывают логичные опасения некоторых экспертов. На их взгляд, не исключена ситуация, в которой банки будут вынуждены отказываться от использования иностранных полноценных программных решений в пользу «аналогичного» им российского софта, лишь на 30–40% закрывающего реальные функциональные возможности продуктов западных вендоров.

Возвращаясь к возобновлению активности зарубежных корпораций на отечественном рынке, следует также отметить – судя по всему, на первом месте для них по-прежнему стоит банковский сектор, а на втором – российский торговый ритейл, который также становится все более серьезным потребителем их продукции и сервисов.

Wincor Nixdorf и Diebold: слияние будет долгим
Итак, мы плавно подходим к еще одному долгоиграющему с точки зрения последствий событию рынка – слияние концерна Wincor Nixdorf с компанией Diebold. На первый взгляд, этот процесс должен был идти под управлением команды приобретателя – в данном случае, Diebold. Однако прошедшие кадровые изменения в структуре ее российского офиса дают некоторым экспертам повод предполагать, что в России головным составом новой объединенной структуры станет именно костяк местной команды Wincor Nixdorf, которая, кстати, в 2015 году подверглась аналогичной «кадровой оптимизации». Учитывая, что штат российских офисов обоих вендоров лишился ряда менеджеровпо продажам, можно предположить, что первичной задачей новой структуры в РФ станет формирование мощной «продажной» команды.

Интересно отметить, что за последнее время оба вендора не демонстрировали сколько-нибудь заметной активности на российском рынке. Некоторые эксперты склонны считать это верным признаком активного перераспределения функционала между двумя командами на фоне процесса слияния. А зная, что такого рода процедуры в международных корпорациях длятся порой годами, мы можем быть уверены в сохранении данной ситуации как минимум до конца 2016 года.

Рубль

По понятным причинам участников рынка интересует вопрос, в какой мере сам процесс поглощения концерна Wincor Nixdorf компанией Diebold будет отличен от реализации не менее резонансной сделки Lipman и Verifone десятилетней давности. По мнению ряда экспертов, для ответа на него необходимо принять во внимание целый ряд объективных факторов, первый из которых – разница в масштабах между компаниями, занятыми в производстве POS-терминального оборудования и устройств самообслуживания (последние значительно крупнее). Второе отличие – если производственные мощности «POS-терминальных» вендоров в значительной степени отданы на аутсорсинг, то в случае с производителями ATM ситуация прямо противоположная. Необходимо учесть и заметную разницу в уровне капиталоемкости производства – последний показатель также выше именно у банкоматных вендоров. За счет этого все процессы слияния структур, работающих в сегменте POS-терминальных решений, протекают несколько быстрее и проще.

Сравнивая нынешнее слияние со сделкой Lipman и Verifone, следует также вспомнить, что в последнем случае унификация продуктового ряда была проведена практически сразу же по завершении юридических процедур, в том числе, в России. Применительно к устройствам самообслуживания такая оперативность неприменима. Виной тому, в том числе, – более «тяжелые» и разнообразные софтверные решения для банкоматов, а также наличие у Wincor Nixdorf и Diebold собственных крупных производственных мощностей, соответственно, в Германии и в Венгрии. Все это позволяет ожидать, что нынешнее слияние будет проходить гораздо дольше и сложнее, чем в случае Lipman и Verifone.

Если же говорить о его последствиях для мирового и российского рынка банковских устройств самообслуживания, то здесь, по мнению экспертов, важно понимать, кто именно будет определять политику вновь образованной структуры в отношении возможности одновременного существования двух продуктовых линеек, созданных (что особенно важно) активно конкурирующими между собой структурами. Варианта здесь может быть только два: либо само руководство крупнейшего в мире вендора, либо его клиенты. Как ни парадоксально, риск, что определяющими в продуктовой политике объединенной компании окажутся именно амбиции ее топ-менеджмента, пока нельзя полностью сбрасывать со счетов. Впрочем, как это будет происходить на практике, может показать только время.

«Склейки» как средство держать в тонусе службы безопасности
Не могли не вызвать вопросы среди участников рынка и недавние события, связанные с выдачей банкоматами склеекклиентам. Напомним, что жительница Москвы сняла в банкомате Сбербанка 50 тыс. рублей крупными купюрами, из которых две оказались достоинством в…5100 рублей (банкноты были склеены из трех частей подлинных денег: двух по пять тысяч рублей и одной сторублевки). По мнению директора по продажам компании NCR Константина Хоткина, интервью с которым вы можете прочитать в этом номере, «на 100% исключить выдачу подобных купюр нельзя, так как есть и банкоматы с функцией рециркуляции (ресайклинга), в которых клиентам выдаются ранее принятые от другого клиента купюры». На этом фоне сегодня начинают озвучиваться мнения, что активно развивающийся в России cash-ресайклинг столкнулся с серьезной угрозой. Так ли это на самом деле?

По мнению ряда экспертов, здесь многое зависит от конкретных обстоятельств. Во-первых, насколько в реальности критично количество принимаемых ресайклерами (и затем выдаваемых клиентам) «склеенных» банкнот – если все останется на уровне единичных случаев, они ни на что не повлияют.

Рубль

Второй момент – банкоматный бизнес в текущей экономической ситуации является для банков одним из наиболее доходных, соответственно, частично сворачивать его из-за такого рода инцидентов никто не станет, пока убыток от них не превысит прибыль от комиссий – что весьма маловероятно. И, конечно же, риск приема «склеек» наверняка заложен в банковские расчеты.

Наконец, как минимум пять топовых российских банков придерживаются мнения, что полностью избежать приема устройствами самообслуживания «склеек», как и другого рода фальшивок, попросту нельзя, и поэтому выходом из ситуации представляется не отказ от перспективной технологии, а повышение эффективности работы банковских служб безопасности и их способность постоянно противостоять все более изощренной изобретательности преступников. Более того, «склейки» и им подобные преступные «новации» здесь даже могут играть некую условно-позитивную роль, каждый раз являя банкам новые вызовы и постоянно держа в тонусе специалистов служб безопасности, не позволяя им «почивать на лаврах». И следует признаться, что банки сегодня вполне адекватно отвечают на эти вызовы, в том числе, инвестируя в обеспечение безопасности значительные средства наряду с Банком России.


Поток государственного финансирования может развернутся от ВПК в сторону банковского сегмента


Немного позитива
В заключение хотелось бы коснуться нескольких без оговорок позитивных, хотя и не слишком явных пока тенденций. Сегодня европейскими СМИ все чаще озвучиваются осторожные прогнозы относительно того, что к середине 2017 года санкции против России могут быть несколько смягчены, при этом речь идет, в том числе, и о секторальных санкциях. Очевидно, что если им суждено сбыться хотя бы отчасти, наши банки имеют все шансы вновь получить доступ к западным ресурсам, пусть и не в докризисных объемах.

Косвенным подтверждением такого сценария может являться и недавно опубликованный в российских СМИ отчет ряда иностранных агентств, согласно результатам которого «дно нестабильности» российской банковской системой уже пройдено.

В качестве еще одного гипотетически позитивного момента отдельные эксперты приводят неофициальные сведения о близящемся завершении санации банковской системы со стороны Банка России – по их данным, на сегодняшний день регулятор уже приблизился к желаемому результату, который якобы составляет порядка 400 стабильных действующих банков. При этом, если изначально оставшиеся банки планировалось четко разделить на региональные и федеральные, то сегодня рассматривается сценарий разграничить их по величине уставного капитала. Впрочем, в свете недавнего лишения лицензий сразу двух банков из первой сотни в один день эти прогнозы представляются несколько преждевременными.

И, наконец, повод к размышлениям дает недавнее интервью Президента РФ Владимира Путина, в котором он отметил, что к 2020 году процесс переоснащения армии будет завершен, и рекомендовал предприятиям ВПК осваивать выпуск высокотехнологичной продукции гражданского назначения. По мнению самых оптимистичных экспертов, это позволяет надеяться, что поток государственного финансирования развернется от ВПК в сторону реального сектора, а также банковского сегмента. Хочется верить, что это будет действительно так!

Рубль

Полный текст статьи читайте в журнале «ПЛАС» № 10 (233) ’2016 стр. 2


Комментарии (0):

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные Пользователи


Читайте в этом номере:
обновить

а вы знаете, что...

… первый в США сервис мобильного банкинга был запущен Wells Fargo в 2002 г., но так как число пожелавших воспользоваться этой услугой ограничилось всего 2500 клиентами, банк вскоре убрал мобильный банкинг из списка своих сервисов?