Мобильное приложение журнала
Google Play Apple Store
курс цб на 16.11: USD 63.8881 EUR 70.4111
криптовалют: BTC 8456$ ETH 179.87$
lupa
318 просмотров

География Open banking: в поисках идеального регулирования

География Open banking: в поисках идеального регулирования

Открытый банкинг стал настолько заезженной темой, что еще один рассказ о том, что это такое и как оно устроено – отличная заявка на то, чтобы вы никогда не дочитали эту статью до конца. Совсем другое дело – разобраться, откуда вообще появился открытый банкинг и в чем суть социальных, экономических, а порой и политических процессов, лежащих в его основе.

Мы в APIBank считаем, что регулирование любой отрасли – лакмусовая бумажка, по которой можно многое понять: текущее состояние; вектор стратегического развития; задачи, которые решал регулятор, когда создавал правила игры или сознательно не спешил их формулировать.

Как экономическое развитие и численность населения страны влияют на открытость банковской системы к финтеху

Будет некорректным смотреть в этом плане только на Россию. Во-первых, наш финансовый рынок сильно опережает в технологическом развитии многие страны и с развитой, и с развивающейся экономикой. Во-вторых, мы считаем, что смотреть «а как у них», выделять важное и использовать у себя – более эффективный способ эволюционировать, чем инициировать очередной удар граблями по лбу.

Ниже я разделил страны не по уровню зарегулированности, как принято, а по численности населения – показателю, который всегда был и остается драйвером или стоппером революций. Теперь – и революций в банкинге.

Получились три условные группы – огромные, поменьше и откровенно небольшие.

Огромные страны

Китай. Страна Великого Фаерволла, дешевых мобильников и высокого проникновения интернета. Родина «Али-нашего-всего-Экспресса» и WeChat. Знаете, мы даже не сразу поверили, что специального регулирования открытого банкинга здесь нет.

Китайский регулятор занял весьма либеральную позицию: разрабатывая и совершенствуя законодательство, защищающее данные пользователя (и охватывающее свыше 200 нормативных актов), государство дает бизнесу развиваться через естественный отбор и аккуратно работает с теми нишами, которые подтвердили свою востребованность у клиентов.

Когда твоей цивилизации больше 5 тысяч лет, а твое население – 1,4 млрд человек, действительно, можно никуда не торопиться.

Открывать доступ к данным клиентов банки вынуждает рынок. Средний клиент в Китае – со смартфоном, пользуется мобильным интернетом и, по утверждению Ernst&Young, “the most digitally connected” в мире. Очевидно, что финансовые (мы сознательно не пишем «банковские») сервисы и услуги тоже все активнее проникают в онлайн-среду.

Индия. Статья в Википедии про языки в Индии начинается с предложения «В Индии разговаривают на 447 различных языках, 2 тыс. диалектов». Еще в Индии 29 штатов, в каждом из которых есть своя законодательная и исполнительная власти. И, конечно, 1,3 млрд человек (со средней зарплатой, эквивалентной сумме от 4 до 10 тысяч рублей в месяц).

Голь, как известно, на выдумку хитра. Поэтому финтех-рынок (и, как следствие, рынок открытого банкинга) в Индии даст фору многим европейским: здесь и такси-сервис Ola (да, они тоже про финтех), и кредитная платформа PaySense, и, конечно, маркетплейс страховых продуктов PolicyBazaar (отличный, кстати, пример трансформации бизнеса).

Когда население страны в своей массе откровенно бедное, ты, как регулятор, будешь стараться сделать продукты и сервисы доступнее – создавая их сам (система RuPay, индийский «аналог НСПК», еще в 2016 году запустила проект, подобный Системе быстрых платежей от Банка России) и давая возможность финтеху упрощать и удешевлять доступ населения к финансовым сервисам.

В марте 2019 года государство анонсировало очередной этап регулирования работы с пользовательскими данными, но это все еще не похоже на PSD2 (да и зачем?). Интересно другое – разнообразие законодательства в штатах приводит в том числе к тому, что для защиты пользователя требуется внести поправки в Конституцию.

Ну и в качестве исключительно нашей собственной догадки: зарегулировать рынок, который говорит на 17 официальных языках, живет по разным законам и, вообще говоря, крутится как может, – та еще задача.

США. В одном фильме начала нулевых была прекрасная фраза (That’s how America got started – all the crackpots and troublemakers in Europe packed up and went to a frontier which became the thirteen colonies. When some people couldn’t fit in with that, they moved farther west, which is why all the nuts eventually ended up in California), вольный перевод которой может выглядеть так: «Вот как появилась Америка: безумцам в Европе перестало хватать места, и они отправились в новый мир, открытый Колумбом. Когда им и там стало тесно, самые отмороженные пошли дальше на запад, и теперь все они в Калифорнии».

На наш взгляд, не самая плохая легенда о появлении Кремниевой Долины. По крайней мере, отличное объяснение активного рынка открытого банкинга в США – и с финтехами, и с платформами (у некоторых – интеграция с 99% банков; у других – больше 1000 интеграций с небанковскими финансовыми и нефинансовыми сервисами). И это без специального регулирования.

В США все построено вокруг прав гражданина, которые помогает правильно и безопасно реализовать государство. Например, безусловное право на распоряжение своими данными обеспечивает пачка нормативных актов и законы штатов, которые могут отличаться друг от друга. Этакая Индия, только построенная не на пяти тысячелетиях истории, а (возможно) на кучке «безумцев», которым было тесно в привычных границах.

Страны поменьше

Великобритания. Рисуй мы комикс, мы нарисовали бы здесь Терезу Мэй. Обязательно – в какой-нибудь из шляпок королевы Елизаветы Второй, за чашкой чая и с зонтиком. Иными словами, собрали бы все стереотипы о британских точности, чопорности и консерватизме, чтобы проиллюстрировать, что такое регулирование открытого банкинга в Великобритании.

Это самый зарегулированный рынок в мире, что, безусловно, сказывается на его развитии.

Несмотря на то что Лондон – безусловная (пока еще. – Ред.) финансовая столица Европы, игроки рынка открытого банкинга в частных разговорах говорят: «Ну да, все открыто. Только никто не понимает, что с этим делать».

Наверное, это лучшая иллюстрация того, как «не ходит конь»: развитие не может быть взрывным, если загнать его в жесткие рамки. Представьте, что ваш ребенок вырос, никогда не набивая шишки (во всех смыслах этой фразы), – откуда у него возьмется желание придумывать и создавать что-то новое?

Поскольку мы публикуем эту статью в серьезном профессиональном издании, ограничимся всего одной иллюстрацией, которая, с нашей точки зрения, лучше всего отражает рынок открытого банкинга в Великобритании и его регулирование.

Европейский союз. Евросоюз с населением в 512 млн человек следовало бы отнести к первой группе. Но рынки внутри ЕС настолько разные, что даже единое регулирование не делает их похожими.

Даже почти идеальное регулирование не обеспечивает ни развития рынка, ни запроса на лучшие сервисы от пользователей

Вот, например, Швеция, которая в 2023 году может стать первой в мире страной, отказавшейся от наличных. Шведский Tink, наверное, один из самых крутых стартапов в ЕС с инвестициями от PayPal, SEB и Nordea. Наши симпатии к этой компании понятны: Tink – такая же платформа, как и APIBank, нам близок их бизнес и продукт. Мы восхищаемся и вдохновляемся успехами коллег. Когда очередной «эксперт» в России под ЭДО понимает обмен файлами по электронной почте, без вдохновения не обойтись…

В Германии самый крутой финтех-стартап – N26 с капитализацией 2,7 млрд долл. США. Для сравнения: в России дороже оцениваются не больше 20% банков. Но вот его предложения весьма далеки от продуктов даже небольших региональных российских банков: карта в нескольких дизайнах от Mastercard, переводы, категоризация расходов и кешбэк 0,1% от суммы покупок по карте. Да-да, именно 0,1%, мы не ошиблись!

Ключевая ценность N26 заключается в том, что они создают продукт, который лучше тех, что умеют создавать банки в Европе. Основное слабое место в том, что успех бизнеса этой структуры обусловлен главным образом тем обстоятельством, что пользователи пока не хотят большего.

Таким образом, даже почти идеальное регулирование (а PSD2 действительно хороша) не обеспечивает ни развитие рынка тем, кто может развивать его сам, ни запроса на лучшие сервисы от пользователей.

Бразилия. Латинская Америка – интереснейший мир и интереснейший рынок с кучей возможностей.

Бразилию, наверное, правильно назвать лидером латиноамериканского финтех-рынка: инвестиции, стартапы, огромное население, Open Banking и его регулирование.

Инструкции по регулированию открытого банкинга бразильского регулятора в существенной части базируются на PSD2

В мае 2019 года бразильский регулятор опубликовал инструкции по регулированию открытого банкинга – и они в существенной части базируются на PSD2. Например, уже в 2020 году 12 крупнейших банков страны (больше 80% рынка) должны будут открыть свои API для финтехов.

Судя по всему, сертификация участников рынка здесь также планируется.

В остальном – «скука скучная»: Евросоюз, Великобритания или даже Россия устроены примерно так же.

Мексика. Уникальность мексиканского открытого банкинга в том, что причиной его появления стала не плохая ситуация в банковском секторе с продуктовыми предложениями, не избалованность пользователей мобильным интернетом и дешевыми смартфонами, а желание государства решить вполне реальную проблему: больше половины населения страны не пользуются банковскими продуктами и предпочитают наличные, собственно, как и в Индии несколько лет назад.

В 2019 году в это трудно поверить, но люди элементарно не имеют достаточно информации о банковских продуктах; не могут пользоваться интернет-сервисами из-за низкого качества связи или же просто не могут доехать до банка, потому что дорога настолько плохая.

Государство пошло от обратного – взяв за основу британское законодательство по открытому банкингу, в 2018 году оно анонсировало обязанность банков открыть свои API.

Есть и отличие от британского законодательства: список сервисов и методов, которые должны открыть мексиканские банки, существенно шире такого списка для банков в Великобритании. Это следствие задачи снизить долю тех, кто совсем не пользуется банковскими сервисами, и, скорее всего, основной фокус будет сделан на API, предназначенных для онбординга клиентов.

Совсем небольшие страны

Сингапур. Финансовая столица Юго-Восточной Азии, на удивление, не балует финтехи: регулирование открытого банкинга направлено в первую очередь на стабильность финансовой системы. Представьте: в России вы можете создать цифровой банк (ну, такой, как Точка или Контур.Банк) за пару месяцев, а вот в Сингапуре вы должны получить специальную лицензию.

Летом 2019 года Денежно-кредитное управление Сингапура (Monetary Authority of Singapore, MAS) объявило о выпуске 5 новых лицензий для цифровых банков, но получить их можно при соблюдении ряда критериев, среди которых наличие минимального капитала в 100 млн сингапурских долларов (порядка 72 млн долл. США).

Важная оговорка, без которой все вышесказанное будет ложью: необанк в нашем с вами понимании – это некоторая маркетинговая надстройка над лицензией обычного банка, а цифровой банк в представлении сингапурских властей – полноценный банк, просто цифровой (и по регулированию очень напоминает российское НКО).

Позиция регулятора в Сингапуре примечательна тем, что законодательство по открытому банкингу носит описательный характер и не принуждает банки открывать API к какому-то конкретному сроку – исключительно по готовности и желанию самих банков.

Население и рынок околофинансовых услуг в Сингапуре занимают позицию абсолютной готовности к следующему шагу в банкинге: люди готовы предоставлять компаниям свои данные для улучшения продуктов, а компании, такие как такси-сервис Grab или производитель игрового оборудования Razer, еще чуть-чуть, и получат на финансовом рынке влияние едва ли не большее, чем PayPal или международные платежные системы.

Австралия. Летом 2019 года интернет кипел новостями о том, как в Австралии начинается первый этап внедрения открытого банкинга – с 1 июля четыре крупнейших банка страны должны уметь передавать данные пользователей сторонним компаниям. Все остальные 49 банков страны должны обеспечить возможность интеграции к 1 июля 2020 года.

Летом 2019 года интернет кипел новостями о том, как в Австралии начинается первый этап внедрения открытого банкинга

Как свидетельствуют исследования E&Y, ключевая проблема рынка открытого банкинга в Австралии не в том, что там не было регулирования, а в том, что население уже использует финансовые сервисы, которые предоставляют не банки, а технологические компании: 37% пользователей интернета пользуются двумя такими сервисами. Больше – только в Китае, Индии, Великобритании и Бразилии.

Что заставит этих людей начать пользоваться сервисами, которые, возможно, реализуют банки с использованием открытого банкинга? Регулятор считает, что ключевая задача – обучать людей тем бенефитам, которые они могут получить от открытого банкинга и инновационных банковских продуктов.

Будут ли эти продукты на самом деле инновационными – увидим уже через пару лет, когда весь банковский рынок Австралии войдет в открытый банкинг.

Заключение

Забавно, но факт – крупнейшие рынки особо не переживают насчет регулирования, тогда как даже небольшие страны (в той же Австралии проживают всего 4 млн человек) устанавливают рамки и правила игры. Почему?

Когда миллион клиентов каждый день пользуются вашим сервисом, даже небольшое изменение продукта может привести к существенному результату. Например, у крупного интернет-магазина может уменьшиться средний чек, если на главной странице будут показываться товары чуть-чуть дешевле, чем раньше. Или у каршеринга может увеличиться простой машин, просто потому, что минута поездки стоит теперь не 9 рублей, а 9 рублей 50 копеек.

Так и в странах с огромным населением: плохие продукты не выживают, потому что стоит «облажаться» один раз, и тебе этого не забудут.

Небольшие страны, напротив, защищают свои рынки. Ведь если государство с населением 5 млн человек (это почти в 3 раза меньше официального населения Москвы) не будет защищать свой рынок открытого банкинга – кто-нибудь из крупных международных финтех-стартапов съест его, и даже не потому, что будет очень этого хотеть, а, например, просто случайно – съест и сам того не заметит.

В такой стране любое регулирование можно осуществлять в прямом смысле этого слова вручную – даже если придется контролировать вообще все.

Самое интересное, конечно, происходит на тех рынках, которые «посередине» – к ним относится и Россия. Здесь интерес международных игроков сливается с активностью местных компаний, амбициями банков и населением, из которого и получаются те самые «безумцы в Калифорнии».

Как я уже отмечал, Евросоюз и PSD2 сейчас кажутся самым удачным примером того, как интересы всех сторон аккуратно изучены, очищены, завернуты в подарочную упаковку и уже даже вручены одаряемому. Последнему осталось только вскрыть упаковку.

Каким путем пойдет Россия? Судя по активностям от Банка России, которые мы видим за последние несколько лет, – в любом случае взвешенным.

Уже сейчас можно признать, что, например, наша Система быстрых платежей обязательно догонит свой индийский аналог по оборотам (в Индии это эквивалент порядка 1 трлн рублей в 2018 году).

Уже сейчас виден неподдельный интерес к открытым API и со стороны рынка (только APIBank за последний год реализовал несколько проектов с крупными федеральными заказчиками), и со стороны банков, а также, что немаловажно, со стороны регулятора – открытым API посвящено несколько секций и стендов на FINOPOLIS 2019, главной финансовой конференции России.

Во что конкретное выльется этот интерес – увидим в 2021 году. Именно тогда, согласно дорожной карте Банка России, должны появиться и законодательство, и стандарты открытых API для отечественного рынка открытого банкинга.

Читайте в этом номере:


Перейти к началу страницы

Подпишитесь на новости индустрии

Нажимая на кнопку "подписаться", вы соглашаетесь с


политикой обработки персональных данных